Брусничный холм

Рукопись этой книги была отобрана для публикации в рамках II сезона литературного конкурса издательства «Белая ворона»

Берта появилась на Брусничном холме шестьдесят три года назад: выпала из беличьего дупла и во время падения потеряла хвост – так говорили ей в детстве.

Но она не похожа на белку. Вовсе нет! Всем известно, что белки крутятся внутри колеса, Берта же топала по дороге и катила автомобильную шину перед собой. Дорога пылила. Солнце сияло. Кругом пахло нагретой резиной. Берта маленькая и худая, шина большая, тяжелая – наверное, от джипа. Берта нашла ее в трех километрах от дома, за перелеском, где осенью собирала грибы. Шина скукожилась на обочине и казалась меньше самой себя, как бывает с покинутой вещью. Но вот странность: чем дольше Берта толкала перед собой находку, тем огромнее она становилась, на ходу превращаясь в колесо самосвала.

Берте и в голову не приходило просить кого-то о помощи. Она жила в деревне Брусничный холм дольше всех – шестьдесят три года почти безвыездно, если не считать тот год, когда она летала на самолете и попала в трагикомическое положение. За такое долгое время, хочешь не хочешь, узнаешь каждого соседа. В особняке за высоким забором жил лесничий Штрек с тремя взрослыми сыновьями, охотничьей лайкой и боевой кошкой. Чуть дальше, в доме из красного кирпича – горластая и конопатая семья пасечника, «горлопатая», одним словом. В красивом коттедже за кованой оградой проводили лето художники. В домишке на краю холма жили дог по кличке Чико и его хозяйка – особа неопределенного возраста, суетливая и вертлявая, за что Берта прозвала ее Тетка Лихорадка. Вот и все соседи. Берта их недолюбливала. «Это у нас семейное», – говорила она сестре Мирте.

Мирта наверняка удивится, увидев запыхавшуюся Берту с шиной от карьерного самосвала. «Ты же за баранками ходила», – скажет сестра. А Берта как-нибудь пошутит, только пока не придумала остроумный ответ.

Дорога сделала крюк – коварный, с точки зрения Берты, потому что повернула к детскому оздоровительному лагерю «Мечта». Берта ускорила шаг. За металлической оградой на турниках сидели дети. Они не шевелились, и ее сердце наполнилось надеждой, что это вовсе не дети, а кто-то сушит на турниках одежду. Однако ребята ее заметили. Они глазели с любопытством и переговаривались вполголоса. Берте нужно бы поторопиться. Но дело в том, что ей отчего-то тоже стало любопытно, и она чуть-чуть замедлила шаг. Одна девочка – полная, высокая, с нахальным взглядом – окликнула ее:

– Что, бабуся, метла уже не в моде?

Дети засмеялись. У Берты чаще забилось сердце. Она терпеть не могла «Мечту» и называла лагерь «галерами», потому что там, по ее мнению, отбывали наказание маленькие драчуны и лгунишки. Что и говорить, шумное соседство «галер» Берте совсем не по душе!

– У-у! – завопили дети.

Берта не выдержала, остановила шину и показала обидчикам «нос», чем вызвала новый приступ хохота. Один мальчишка, щупленький, лохматый, в клетчатой рубашке, не участвовал в общей потехе, молча стоял у ограды и смотрел на Берту.

Она хмыкнула и пошла дальше, гордо выпрямив спину. Росту в ней было чуть больше метра с половиной, но она поднимала подбородок и держала осанку с таким достоинством, что казалась выше… сантиметров на пять. Так гордая Берта сделала еще несколько гордых шагов. Но тут дорога круто побежала вниз. Шина вырвалась из рук. Буч-буч-буч! Берта вскрикнула и бросилась за строптивым кругляшом, который всю дорогу еле переваливался, а теперь мчался, весело подпрыгивая на кочках. Дети хохотали за спиной Берты так заливисто, что чей-то смех превратился в лай.

Берта догнала и усмирила шину только у самого поворота к дому. Дальше они двинулись бок о бок по тропинке, заросшей одуванчиками. Дом Берты стоял далеко от соседей, в низине, укрытый березами и рябинами. На склоне шина снова принялась вырываться из рук. Так и быть, Берта отпустила ее. Шина спокойно покатилась себе к забору, врезалась в калитку и улеглась будто сторожевая собака.

– Вот и лежи тут! – велела ей Берта и пошла в дом.

Первым делом она включила водопроводный кран. Вода шипела и пузырилась. Мирта заждалась, вон как изволновалась.

– Тс-с, – сказала Берта. – Мне сегодня досталось от невоспитанных детей.

Она наклонилась ближе к крану, прислушалась. Вода зажурчала мелодичнее, тише.

– Да, ты не ошиблась, это шина. Я хочу сделать качели, – объявила Берта.

Струйка воды изумленно ударила в раковину, рассыпалась на миллионы брызг.

– Хватит плескаться, Мирта! Ты просто завидуешь, что у меня будут качели! – строго сказала Берта и вытерла лицо. – А теперь уйди и дай мне напиться.