Бриз надежды

Просто непостижимо, откуда она знает, что я собираюсь уходить! — думал Невил Олстон, застегивая пуговицы на рубашке и прислушиваясь к тяжелому топоту конских копыт за дверью.

Не за входной, а за внутренней, через которую можно было попасть из домика инструкторов прямо на конюшню, к стойлам лошадей. Упомянутая дверь была предусмотрена для удобства — к примеру, чтобы не идти в обход под дождем. Пользовался ею один Невил, потому что лишь он находился при конюшне постоянно, второй инструктор Мэт Хорнби, старший конюх Билли Хадсон и двое его помощников жили в городе.

Но гнедую кобылу Грацию из всех перечисленных интересовал только Невил. Она старалась не упускать его из поля зрения и, если имела возможность, следила за каждым его движением.

Началось это с первого же дня, как только Невил устроился в оздоровительный пансионат «Клифс-резорт» на должность инструктора по верховой езде. Знакомясь с лошадьми, он задержался возле красавицы Грации, сказал несколько ласковых слов, потрепал по холке, и сердце той дрогнуло.

Впрочем, не исключено, что дело было не только в ласке, ведь прочие — Мэт, Билли, двое других конюхов — точно так же разговаривали с Грацией. Причем задолго до появления в пансионате Невила. Тем не менее именно он почему-то пришелся кобыле по душе. Днем, когда лошадей выпускали в просторный загон, Грация ходила за Невилом по пятам. Вечерами, находясь в стойле, она беспокойно топталась до тех пор, пока Невил не заглядывал хотя бы на минутку — пожелать спокойной ночи, как он это называл. Далеко ходить не требовалось — деревянные апартаменты Грации располагались сразу за стенкой помещения, где поселился Невил.

И вот сейчас, каким-то чудом узнав, что он куда-то собирается на ночь глядя, Грация забеспокоилась.

Первые постукивания копыт начались, еще когда Невил брился — второй раз за этот день, специально ради предстоящего свидания.

— Слышу, слышу, девочка! — крикнул Невил, не отрываясь от своего занятия.

Но топот не прекратился, поэтому пришлось вновь подать голос:

— Подожди, малышка, имей терпение, скоро я к тебе загляну!

В ответ раздалось ржание, в котором слышались просящие нотки. Грация словно умоляла Невила не уходить, провести вечер как обычно, дома.

— Нет, ну откуда она знает? — озадаченно пробормотал Невил.

Он и раньше замечал у животных, в частности у лошадей, способность к телепатии, но Грация в этом смысле была чем-то особенным. Порой Невилу казалось, что она узнает его мысли еще до их возникновения. А также незримо присутствует при разговорах.

Одевшись, Невил покинул спальню, пересек маленькую гостиную, зашел на кухню, из которой — задержавшись немного у хлебницы — попал затем на конюшню.

Увидев Невила, Грация радостно блеснула лиловыми с поволокой глазами и вздохнула — шумно, но с явным удовлетворением. Наконец-то пришел!

— Видишь, малышка, я тебя не обманываю, — произнес Невил негромко, чтобы не тревожить других лошадей, так как многие из них дремали. — Пообещал прийти и пришел. Вот, держи гостинец…

Он протянул на ладони ломтик присоленного хлеба, который Грация аккуратно взяла губами, предварительно обнюхав. Сжевала и снова выжидательно взглянула на Невила.

— Что, мало?! — с нарочитым удивлением воскликнул тот. — Ну, знаешь, подружка, этак на тебя никакого хлеба не напасешься… — Выдержав небольшую паузу, он добавил: — Ладно, уговорила, бери еще кусок.

Второй ломоть Невил до поры прятал в другой руке и только сейчас дал Грации. Таков был установившийся между ними ритуал. Однако сегодня Невил собирался провести вечер за пределами не только конюшни, но и пансионата, поэтому приготовил для своей любимицы сюрприз. Дождавшись, пока та справится со вторым куском хлеба, он сунул руку в карман и лукаво прищурился.

— Ну-ка, красавица, угадай, что у меня есть еще! Считаю до трех. Не угадаешь — съем сам. Итак, начинаю: раз, два… Неужели нет ни единого варианта? Подумай хорошенько, ты же умница! Ну что больше всего любит моя девочка? Молчишь? Тогда продолжим счет. На чем мы остановились… Ах да — два. И… три! — Вынув руку из кармана, Невил показал Грации яблоко. — Странно, что ты не догадалась, малышка. Но уговор есть уговор. Теперь придется есть это самому.

Невил медленно поднес яблоко ко рту, одновременно наблюдая за Грацией. Та, в свою очередь, следила за его действиями. Причем так пристально, что он не выдержал и рассмеялся.

— Нет, это для моей красавицы! Для малышки, которая любит яблочки. Бери, девочка, я пошутил!

Грация с аппетитным хрустом сжевала яблоко, затем взглянула на Невила, который в эту минуту присягнул бы на Библии, что она улыбается.

— Видишь, все хорошо. И совершенно нет причин для беспокойства.

Словно в знак согласия Грация ткнулась мордой в его лежащую поверх загородки руку.

— Молодец, хорошая девочка, — сказал Невил. — Сейчас я уйду, но потом вернусь. Не исключено, что с Викторией. — Он внимательно посмотрел на Грацию, пытаясь понять, как та отнеслась к подобной перспективе. — Ведь ты не возражаешь против присутствия здесь Виктории, верно?