Бриллиантовые кандалы

После работы Марина сразу поехала домой. Только что ей позвонил Константин и объявил, что сегодня, в половине седьмого вечера, приедет к ней. У него, мол, неотложное дело. По тому, как дрожал его голос, как он запинался, Марина поняла, что Костик попал в очередной переплёт. Наверняка опять будет просить денег.

Она вела свой «Опель» по мокрым после отшумевшего ливня московским улицам и не без досады думала о том, что Константину давно пора распрощаться с его нынешними друзьями и изменить свою жизнь. Он занимался, как ни дико это звучало, торговлей наркотиками. Марина за полтора года их знакомства не раз задавалась вопросом: что может быть общего у неё, секретарши «Омега-банка», деловой женщины, которая дорожит своей репутацией, с этим полукриминальным субъектом? Что она в нём нашла? Правда, Константин был очень хорош собой и в постели резв, как жеребец, но этим его достоинства и ограничивались. Она, с её внешними данными, вполне могла найти себе другого, более порядочного любовника.

Собственно, такой любовник у неё уже был — сам директор «Омега-банка» Григорий Дмитриевич Карелин. В свои сорок четыре года он выглядел стройным, спортивным, энергичным мужчиной. Лёгкая седина на висках очень шла его смуглому, волевому лицу. Молоденькие сотрудницы «Омега-банка» считали его потрясающе интересным. Это ему Марина была обязана своим нынешним секретарским местом и высоким окладом. На работе она вела себя с ним сдержанно, по-деловому, да и он внешне ничем не проявлял своего особого расположения к ней, так что вряд ли кто-то догадывался об их отношениях. К нему на дачу на Каширском шоссе она приезжала обычно по выходным, ближе к вечеру. Иногда они вдвоём посещали театры и рестораны.

Вот там, в одном из популярных ресторанов, всегда заполненных посетителями, Марина и познакомилась с Константином Извековым. Карелину неожиданно позвонили из банка, и он, пообещав через час вернуться, уехал в офис. В одиночестве она оставалась недолго. К её столику подсел молодой брюнет. Чёрные вьющиеся волосы и романтически бледное лицо, на котором выделялись огромные тёмные глаза, напомнили Марине портрет лорда Байрона. Они разговорились, и вдруг, неожиданно для неё, без всякого перехода, он предложил купить у него сигарету с травкой, дозу кокаина или амфетамин. Марина была поражена. Ей хотелось зареветь от досады и одновременно расхохотаться. «Лорд Байрон» оказался заурядным торговцем наркотиками! Она, конечно, отклонила предложение. Он нисколько не стушевался и продолжал разговор с прежней непринуждённостью, лишь сообщил — как бы между прочим, — что приторговывает «ширевом» для оплаты своей учёбы.

Впоследствии выяснилось, что учёбу он давно забросил и ничем, кроме этой торговли, не занимался. Одно хорошо: ему хватило ума самому не подсесть на наркотики. В тот вечер они договорились о новой встрече. Она состоялась на следующий день и закончилась стремительной и бурной близостью. С тех пор Марина нетерпеливо ждала свиданий с ним и отдавалась ему с такой необузданной страстью, что порой сама удивлялась. Она уговаривала себя относиться к нему спокойнее, но в глубине души понимала, что спокойнее относиться к Константину у неё вряд ли получится. Он имел над ней какую-то гипнотическую власть и вовсю пользовался ею. Не раз и не два у него случались моменты, когда он, по его выражению, сидел на «жуткой мели», был кому-то должен или от кого-то скрывался. Марине приходилось раскошеливаться. Порой это были немалые суммы.

Выпрашивая у неё деньги, он уверял, что драгдилерство — временный период в его жизни. Он скоро покончит со всем этим, они поженятся и уедут на Сейшельские острова. Слушая его негромкий проникновенный голос, особенно лёжала с ним в постели, обессилевшая после бурной близости, она почему-то верила каждому его слову. Для неё он был именно тем, в ком она нуждалась, кого она желала. Всё остальное не имело никакого значения.

«Конечно, я дам ему денег, — думала она, затормозив перед светофором. — Только не слишком много, и обязательно скажу, что это в последний раз. Да, пожалуй, сейчас самый момент решительно поговорить с ним. Скажу, что если он не порвёт со своим грязным занятием, то ни копейки больше от меня не увидит. Хватит. Сколько можно, в конце концов?»

Настраивая себя на суровый разговор, она въехала в арку большого десятиэтажного дома. Во дворе, на том месте, где она обычно парковала свою машину, сейчас стояли две незнакомые чёрные иномарки с затемнёнными стёклами. Пришлось искать другое место для парковки.

Поднявшись в квартиру, она только начала переодеваться, как в прихожей раздался долгий требовательный звонок. Марина подумала, что Константин, наверное, караулил её во дворе, иначе не явился бы так быстро.

— Ужасно рад тебя видеть, — заговорил он с порога. — Кажется, не две недели прошло, а целый год! Я изголодался по тебе!

Он снял с себя пиджак и по-хозяйски повесил его в шкаф.