Брецель и тыквенные семечки

В булочной «У Зайца» с утра переполох. Не досчитались тыквенных семечек на голове маленькой Булочки. Их легко потерять, пальцем ковырь – и нету. Да и кто будет считать-то? Но вот когда вся голова лысая – это уже нехорошо.

Заявили в полицию. Приехал заспанный детектив Хвост. Почесал за ухом, достал оттуда огрызок карандаша, задумчиво погрыз его и сказал решительно:

– Пишите!

– Что писать? – испуганно пискнула Булочка.

– Всё пишите! – ещё решительнее отрезал Хвост и ушёл в соседний ресторан «Сырная дырка» завтракать.

Булочка расплакалась, а бывалый Деревенский хлеб тут же рассказал историю о том, как однажды на ферме от одной коровы убежало молоко. Он знал тысячу историй о деревенской жизни! Легче не стало, но слёзы Булочка вытерла.

Сдобная Завитушка, старательно мазавшая лицо дневным ванильным кремом, пристально посмотрела на Булочку и фыркнула:

– Тебе, милочка, и без семечек хорошо.

– Так сегодня же Осенний бул, – с отчаянием прошептала Булочка и снова заплакала.

Слойка с маком с негодованием посмотрела на Завитушку:

– Чёрствость какая! – и бросилась утешать подругу.

В этот момент дверь внезапно открылась, и на пороге появился он.

– Сервус! – таинственно поприветствовал новенький обитателей булочной и, пройдя мимо оцепеневших старожилов, уселся на самое видное место. Весь он был таким ладным, загорелым, видимо только что из печи, все булочки тут же влюбились в него без памяти, и даже Завитушка украдкой вздохнула.

– Ну рассказывайте, как оно? – новенький сложил на золотистом животе руки и почему-то подмигнул заплаканной Булочке. Она в ответ робко улыбнулась.

– А… Как вас по батюшке? – нашёлся Деревенский хлеб.

– Брецель баварский, – представился новенький. – Можете звать меня просто Брецель.

Он улыбнулся так радостно, будто солнце взошло, и все наперебой принялись рассказывать об утреннем внезапном происшествии.

– И теперь мы не знаем, что делать с Осенним булом. А ведь обещался прийти сам Заяц! – горестно закончил длинный аристократичный Багет.

– Булом? Сам Заяц? – переспросил Брецель.

– Да, раз в год, осенью, у нас проходит Осенний бул. У всех бал, а у нас Бул, мы же хлебобулочные изделия. На Бул выбирают Королеву обязательно из числа булочек с тыквенными семечками. Ведь тыква – царица осени. И к нам даже приезжает сам Заяц! – Багет торжественно указал на потолок, а все остальные дружно закивали. – Это тот, кто открыл нашу булочную. Но если не будет семечек…

– Можно выбрать и другую королеву, – встряла в разговор Завитушка, – есть лицом побелее и кожей помягче…

– Опасное это дело! – подала из-за спин голос мини-пицца Маргарита. – Прошлая Королева исчезла, ни крошки не осталось.

По толпе булочек пробежал шёпот.

– Нельзя выбрать другую Королеву, – продолжил, покачав головой, Багет. – Разве вы забыли, что сочинил сам Заяц? – и Багет, отклонившись назад, громко продекламировал:

Зрители одобрительно загудели.

– Всё ясно, – хлопнул себя по коленкам Брецель. – Точнее, ясно, что нам не ясно. Во-первых, кто и зачем взял семечки, а во-вторых, где найти другие. И если первое пока неясно как прояснить, то второе, ясное дело, однозначно выяснится одним ясным днём.

Он осмотрел притихших жителей булочной и добавил коротко:

– На полицию надежды нет. Собирайтесь.

– Куда?! – ахнули все.

– Туда! – Брецель махнул своей рукой в сторону окна, за которым день уже раскрасил небо розовым. – Соберём команду и вперёд на поиски тыквенных семечек.

В булочной открыли шторы, и на окне засиял портрет улыбающегося Зайца в бабочке. Потом басовито, словно майский жук, загудела кофемашина. По залу пополз тёплый кофейный аромат. Вскоре к нему присоединился сладкий уютный запах свежего хлеба и ванили.

Но ничего этого обитатели булочной сегодня не заметили. Они были заняты очень важным делом.

– Итак, для начала вопрос, – объявил Брецель. – У кого имеется карта местности?

– Что-что? – переспросил Деревенский хлеб.

– Ну карта, где обозначено: тут мы, тут злая собака, а тут семечки.

Карты ни у кого не оказалось.

– А резиновые сапоги на случай дождя? Нам размокать нельзя: потеряем форму.

Резиновых сапожек тоже, к несчастью, не было.

– Ну а хотя бы фонарик?

Окружающие развели руками.

– У меня есть бумажная формочка, могу поделиться, – раздался вдруг чей-то голос. Все обернулись. Это говорил шоколадный кекс, предпочитающий звучное имя Маффин, с внешностью принца из восточной сказки и нежным сердцем из жидкого шоколада.

– Хм… На худой конец и формочка сгодится, – одобрил Брецель. – Ты в команде.

– Я тоже хочу с вами!

– И я!

– И я! – послышалось отовсюду.

Брецель задумчиво почесал кристаллики соли на макушке и задал ещё вопрос:

– Кто хоть раз был на улице?