Браво, Аракс!

АЛЕКСАНДР АРОНОВ. БРАВО, АРАКС!

Что может быть увлекательнее профессии артиста цирка! Воля, мужество, бесстрашие, риск, а порою даже и игра со смертью. Прочитав эту книгу, ты убедишься в этом.

Жизнь Ирины Бугримовой, первой советской укротительницы хищников, первой артистки цирка, удостоенной самого высокого званиям — народного артиста СССР, пройдёт перед твоими глазами. А если ты любишь животных, то, прочитав эту книгу, узнаешь много нового и интересного о царе зверей — льве.

Написал эту книгу писатель, режиссер цирка, заслуженный деятель искусств РСФСР Александр Аронов — автор нескольких книг, постоянными героями которых являются артисты цирка и их четвероногие друзья — животные.

Мы торопились из Москвы в Ленинград. И проклинали себя за то, что выехали на «Москвиче» моего друга, эквилибриста Вардо Беньяминова. Ирина Николаевна ещё сказала:

- Зря я послушалась тебя, Вардо! Поехали бы «Стрелой», давно были бы на месте. А теперь рискуем опоздать на представление.

- Правильно! — тут же поддакнула Наденька Беньяминова. — И я говорила — надо ехать поездом!

- Надя, помолчи! — сказал Вардо. Наденька фыркнула, и тут же, словно в ответ, что-то фыркнуло и громко зачихало в моторе. Машина дёрнулась и остановилась.

- Опять двадцать пять! — выругался Вардо.

И в самом деле! В Солнечногорске мы меняли колесо. В Клину вышел из строя трамблёр, с отвёрткой в руках бедняга Вардо битый час копался в моторе. В Калинине у горсада отказал бензонасос. На его починку ушло полчаса. И вот сейчас, на центральной улице Вышнего Волочка, нам пришлось вчетвером откатывать машину к тротуару.

- Поломка пустяковая! — бодро сказал Вар До, ложась под машину. — Гаечку подтянем и поедем!

Он загремел гаечными ключами.

- Сколько мы имеем свободного времени? — спросила Ирина Николаевна, закурив сигарету.

- Я всё в момент починю, не волнуйтесь, Ирина Николаевна! — закричал из-под машины Вардо. — Погуляйте немного по городу, полюбуйтесь каналами. Вышний Волочек — вторая Венеция.

- Вот именно. Только гондол не хватает, — добавила Наденька. — Всё по твоей милости, автомобилист! Туч видишь сколько? Будет дождь. Что прикажешь делать?

- Ничего страшного, — сказала Ирина Николаевна. — Будем культурно развлекаться. Посетим передвижной зверинец. Глядите!

На тумбе красовалась афиша с фотографиями зверей. Внизу чернилами было приписано прыгающими детскими каракулями: «ЗВИРИНИЦ У БОЗАРАШ!»

Наденька осталась с Вардо, мы с Ириной Николаевной отправились вдвоём.

Точно такая же афиша с каракулями оказалась и на зверинце. Снаружи он был неказист. Щиты посмывало дождями. На стареньких, разнокалиберных вагончиках облупилась краска. Развалюха забор — весь в фанерных заплатах. Около него — груда заржавленных секций большой круглой клетки. У входа — старый трактор-тягач без заднего колеса.

- Не лучше будет и внутри, — сказала Ирина Николаевна. — Сразу видно — дом без хозяина.

Наши билеты надорвала женщина в тёмном сатиновом халате. Рядом у входа крутилась веснушчатая девочка лет девяти, с косицами соломенного цвета, в тесноватом, пёстром сарафане. Сарафан выцвел, девочка выросла из него; на её длинных загорелых ногах, искусанных комарами, были надеты новенькие кеды.

- Подходить к зверям, кормить и дразнить их не позволяется! — строго сказала девочка.

- А ты кто здесь такая? Самая главная? — улыбнулась Ирина Николаевна.

- Самая главная! — бойко ответила девочка.

- Самая главная, а порядка не наведёшь!

- А у нас тут полный порядок! — даже обиделась девочка. — Только хвалят в книге жалоб! И никаких предложений!

- И ещё учти, самая главная, — вмешался я, — слово «зверинец», пишется через букву «е», от слова «зверь», а «базар» — через «а».

- А как это вы узнали, что это я афиши писала? — Девочка даже раскрыла рот от удивления. — Вы кто? Телетайп?

- Не телетайп, а телепат!

- Ой, правда? — обрадовалась девочка. — И ещё гипнотизёр, да?

- Нет. Только телепат.

- И не йог?

- Нет.

- А почему с бородой?

- Мне так нравится.

- И не жарко летом?

- Наоборот. Прохладно. Как в лесу — всё время тень.

- А зимой тепло, да?

- Догадалась.

- Оксанка, отстань от людей, не мешай, — сказала женщина в тёмном халате.

- А я и не мешаю, мама! А кем вы работаете?

- Режиссёром в цирке.

- Ну да! Вот это здорово!

Оксана неотступно провожала нас от клетки к клетке по маленькому, очень запущенному зверинцу, болтая без устали.

- А вы артистом были?

- И артистом был.

- В цирке боролись?

- Нет, в театре играл.

- Кого?

- В основном злодеев. Иногда комиков, В герои не вышел.

- А в каком театре?

- Станиславского.

- Я Станислав знаю. Там в прошлом году стоял наш зверинец. Пыльный город.

- Нет, это в Москве. Театр имени Станиславского. Драматический. На улице Горького.