Брат моего мужа

Мой медовый месяц длился ровно десять дней, но я и за них была очень благодарна мужу, Георгию. Мы вернулись из свадебного путешествия, и он сразу окунулся в работу, а я в планы новой семейной жизни.

Вот только внезапно все пошло под откос. Хотя удивилась ли я тому, что мой бывший не даст мне шанс насладиться новой жизнью? Нет. Я ждала от него подлости, и она не замедлила прилететь.

Макс, мой сын, остался в Лондоне при отце, перевелся из местного университета, разбив одну из подсознательных надежд, что станет между мной и Арсом, сыном Георгия, такой необходимой прослойкой в непростых отношениях. А с пасынком отношения у меня сложились очень непростые.

В начале лета, когда я подпустила друзей сына очень близко к себе, даже представить не могла, во что всё выльется. Тогда секс с мальчиками казался развлечением. Способом убить время. Глупой дуростью взрослой женщины…

Тогда же мне и прилетела карма за собственную недальновидную распущенность. Я чуть не потеряла всё: дом, деньги, сына. Если бы не Георгий. Отец одного из парней.

Он догадался, сразу раскусил, зачем Арс так часто оказывался в моем доме и чем там занимался. Но Гера никогда не поднимал этот вопрос, никогда не подчеркивал аморальность. Он просто вовремя помог, неожиданно признался в собственной страсти и вытянул меня из пропасти.

Что им двигало? Не знаю. Вряд ли благородство. Страсть – да. Он не раз признавался, что засматривался на меня, считая недостижимой, а я тем временем кувыркалась с его сыном.

Но что было, то было. Теперь я расплачиваюсь за минуты слабости сполна.

Бывший отобрал дом. Деньги зажал. А потом через поверенного известил, что и Макс обратно в Россию не вернется. Моя связь с сыном оборвалась.

– Лена, прекрати. Ты и так семь лет сидела в затворницах из-за сына. Это и так подарок для него! И если отец не способен оценить твой жест – не накручивай себя. Это его проблема – не твоя.

– Ты просто сравниваешь мой поступок с поступком своей жены. И тебе кажется подвигом, что я осталась рядом с сыном. Но так бы поступила каждая мать!

– Не каждая, в том то и дело. Ты осталась, а моя – бросила Арса.

– Арс – хороший мальчик. Ты достойно воспитал его.

Зря я вовремя не могу остановиться. Георгий невесело усмехнулся, в глазах зажегся темный огонек, предвестник скорого секса.

– Ждешь его возвращения?

Уже по тону почувствовала, что на вопрос лучше не отвечать, но Гера клешнями вцепился в бедра, болезненно впечатываясь в мое тело каменным стояком.

– Боюсь…

И я не врала. Теперь, когда Макса точно не будет в нашей странной семье, когда Арса не отвлечь на друга, я не знала, как он будет реагировать на мою близость с отцом. А мы довольно часто и в самых неподходящих местах оказывались близки.

Геру вообще ничего не останавливало в сексе. И не ограничивало. Он требовал рассказывать ему не только мои тайные сексуальные утехи, но и сочинять, как бы я хотела попробовать ещё, заставлял демонстрировать некоторые сексуальные фантазии, покупал всевозможные игрушки и аксессуары.

Я краснела только первое время, а потом поняла, что это суть Георгия. Как и я, он тоже долгое время оставался заложником положения – стараться обеспечить жизнь сыну, дать ему достойное образование, поддерживать бизнес на плаву во время кризисов. У него, как и у меня, были ограничения в сексе, и теперь он отрывался по полной.

– Как это, вогнать в тебя два члена, Лена? Тебе нравилось, скажи? – допрашивал он, уже развернув меня лицом к стене, удерживая за шею одной рукой и поспешно стягивая белье другой.

Я извивалась, оттопыривая задницу, чтобы ему было удобнее вбиваться. Он никогда не сдерживал себя в сексе. Сейчас, вспоминая недолгую прелюдию наших встреч перед свадьбой, я в полной мере осознала, насколько Георгий контролировал свой темперамент.

Боялся меня спугнуть?

Зато сразу после регистрации, уже в самолете, с него словно слетела накинутая маска, обнажив истинное лицо темпераментного мужчины. И он не только ни в чем не уступал Арсу, он в десятки раз превосходил его. Все же Арс, пусть и одаренный, но по сравнению с Герой – мальчик.

Мой муж немного грубый, резкий и часто совершенно неделикатный, каждый раз расширял мои сексуальные горизонты.

– Я вгоню в тебя дилдо и въеду в зад, – шипел он, вдалбливаясь в меня, сдавливая горло и доводя до точки взрыва.

Грязный шепот был обещанием, а все свои обещания Гера выполнял. Я кончала, повиснув на его руке, задыхаясь и сотрясаясь от новых ярких спазмов, и благодарила те обстоятельства, которые так случайно привели меня к нему, тому, кто забрал, поддержал в самую черную минуту моей жизни, кто обеспечил меня пожизненными выплатами из учрежденного фонда.

Имел ли он право на грязные обещания после того, как вернул меня к жизни? Имел. И пока от того, как он меня имел, я становилась только счастливее.

– Моя любимая потаскушка, – обжег мне ухо хриплым шепотом Гера, в последний раз глубоко входя в мое тело и кончая. – Ужин сегодня не готовь, я до ночи в офисе.