Божия крокодилка

Танико сидела у окна и рисовала грозу с натуры. Мрачная сине-фиолетовая туча висела над рыбацким поселком, молнии лупили в невидимый отсюда океан. Туча получилась хорошо, свирепая, как живая, а вот молнии никак не хотели сверкать. Так, ниточки какие-то несерьезные.

Хлопнула входная дверь.

- Танька, здорово! Че делаешь?

Это Генка, прикрепленный сосед по парте, русский богатырь. Как положено богатырю отважен, безрассуден и в ученье не прилежен. Танико подтягивала его по природоведению и арифметике.

- Рисую.

- Во, дура мордатая. Дай позырить.

В переводе на язык Поднебесной, это означало: "Я восхищен Вашим искусством, луноликая, дозвольте ознакомиться с творением Ваших рук". Танико достаточно долго жила в России и знала, что не всегда произносимое вслух стоит понимать буквально.

- Сам дурак, - сказала она ритуальное и профилактически стукнула богатыря альбомом по голове. - Порвешь - убью!

Генка, наклонив голову, рассматривал рисунок.

- Клево, - признался он. - А что это у тебя за крокодил усатый?

- Где? - Танико присмотрелась и вдруг увидела, что, сама того не осознавая, нарисовала Хозяина тучи.

- Дай сюда! - Она бросилась к Генке, но богатырь, увернувшись, с гиканьем вспрыгнул на диван и заплясал, размахивая альбомом и выкрикивая в рифму:

- Крокодил, крокодил дуру Таньку проглотил!

- Это не крокодил! - Танико топнула ногой. - Это...это дракон!

- Ты че, совсем ку-ку? - Генка даже с дивана слез. - Дракон, он как динозавр и с тремя головами. Я в книжке читал.

- Это ваш, русский дракон тупой как динозавр, а наш дракон - волшебное существо. Он самый могущественный. Вот! - Танико сунула Генке под нос бабушкино блюдце. Дракон был разноцветный, как елочная игрушка, с большой длинной мордой, гривой и усами. - Драконы живут в грозовой туче и слушаются только Императора! И хватит об этом. Давай делать уроки.

Ворча "Все равно наш дракон вашего победит..." Генка достал Природоведение.

Проходили классы животных. Генка никак не мог понять, почему млекопитающие называются так потому, что детей молоком кормят, а земноводные - потому, что живут и на земле и в воде и по фигу, что они там едят. Заострив внимание на земноводных, Генка кстати вспомнил, как летом с пацанами надували лягушек через соломинку и бросали в пруд. Лягушки долго бултыхались по поверхности и никак не могли нырнуть. Танико похихикала, представляя реакцию Хранителя озера на надутых лягушек и, в свою очередь рассказала, как они ездили к бабушке в гости и ели фаршированную змею, а папа не знал, что это змея и очень хвалил.

Гроза прекратилась. Туча, ворча усталыми громами, уходила к Орочьим островам. Солнце засветило в голубые прорехи рваного одеяла облаков. Танико открыла окно, оттуда пахнуло влажной свежестью и океаном.

- Подожди, я сейчас чай заварю.

Генка, оставшись в одиночестве, прошелся по комнате, трогая красивые безделушки, затем подошел к окну и стал рассматривать акварельную тучу с драконом. Вдруг он увидел, что по рисунку ползет красный червячок, похожий на большого мотыля, оставляя за собой тонкий прожженный след. Запахло паленым. У червячка была большая голова, усы и воротник, как у геккона. Генка порылся в карманах, вытащил баночку из-под леденцов, где хранил всякие необходимые любому пацану предметы: мормышки, шарики, игральный кубик и ссыпал их прямо в карман. Затем аккуратно, карандашом стряхнул червячка в банку.

Вошла Танико с чаем.

- Я, это, пойду, пожалуй, - сказал Генка, запихивая баночку в карман.

- А арифметика?

- У меня башка уже пухнет, зубрилка ушастая! Достала своей долбежкой.

На языке Поднебесной это означало: "Мой разум изнемогает от Ваших ума и красоты, несравненная". Танико пожала плечами и унесла чай обратно.

Когда Генка ушел, она снова взялась за рисунок. Девочка не сразу сообразила, что это за коричневая ниточка на неудачной молнии, а когда поняла - ахнула, высунулась в окно, потом кинулась к двери, надеясь догнать, остановить...

По дороге домой Генка думал о несообразном. Вместо того, чтобы прикидывать, как отнять у негодяя Тимоши зажиленный амулет, или придумывать очередную каверзу для вредной хромой математички, он пытался классифицировать Таникиного дракона. Дракон живет в туче, так? То есть в воде и в воздухе. Но туча обязательно должна быть грозовая. Значит, еще и огонь. Он может ползать по земле. Генка нащупал в кармане теплую, почти горячую баночку. Получается, что...

На этом месте Генкины размышления были прерваны самым беспардонным образом. Перед ним, опираясь на клюку, стояла та самая математичка.

- Мальчьшшшшик, - сказала она невнятно. - Что ты прячешшшь в карманчшшшике? Дай ссссюда.

- Че? - Генка оторопел. - Вы че, Нинель Петровна?

- Хочешшшь конффффет? - в руке у пожилой женщины возникла горсть "Мишек на севере". Генка вспотел от ужаса. Ситуация прояснялась.