Большая Берта

«Если женщина хочет…» — поется в одной известной песне. То (добавим мы от себя) она может всю ночь бродить по Парижу с младенцем на руках. С этим никто и не спорит. А если женщина огромных размеров бродит в сопровождении симпатичного комиссара французской полиции? Это наведет ужас на любого самого отъявленного бандита.

Берта Берюрье — жена лучшего друга Сан-Антонио — из разряда именно таких дам. Слона на скаку остановит, в горящую виллу зайдет, а посмотрит — франком одарит. Но еще быстрее неугомонная воительница наградит любого парой хороших фингалов и витиеватым ругательством.

Впрочем, Сан-А в восторге от своей напарницы. Ведь за одну-единственную ночь им удалось раскрыть тайну трупа, обнаруженного на крыше старого парижского дома, спасти сироту и освободить из подземелья мадам Пино — жену другого коллеги Сан-Антонио сморчка Пинюша.

Ни бандиты, ни полиция, ни даже собственный муж не могут устоять перед напором Большой Берты. Устоять может лишь один человек. Вы догадались кто? Ну разумеется, наш непревзойденный Сан-А. Он так и не клюнул на грандиозные прелести мадам Б.Б.

А теперь прчитайте книгу и проверьте — устоите ли вы?

Ребекка предложила выпить по последней у нее дома. Так все и началось.

Ребекка — та еще штучка. Прежде всего, по паспорту ее зовут Марсель. Я заглянул одним глазом в документы, как только случай подвернулся, когда она выронила сумочку. Что вы хотите, привычка — вторая натура! А девчонка — просто пальчики оближешь, этакая маленькая шустрая брюнеточка. Стремительная походка. Когда она идет вам навстречу, кажется, вот-вот набросится с кулаками. А обернувшись ей вслед, обнаружите аппетитную попку, круглую и крепкую, которая могла бы уместиться в сложенных ладонях, если в Ребекка позволила попробовать ее туда поместить. Но странное дело, девицей она оказалась серьезной, каких поискать!

Вот уж действительно, внешность обманчива! Я на первый взгляд определил ее по разряду ветреных дурочек. На мой наметанный глаз, хватило бы ужина, четверти часа непринужденной болтовни о том, о сем — и мы в дамках. Властная мужская рука ложится на плечо, чуткие пальцы проводят легкую рекогносцировку — и очаровательную мадемуазель можно смело вносить в список трофеев вашего старого приятеля Сан-Антонио.

Как же, держи карман шире!

Крепкий орешек, говорите? Это точно. Вот уж кому самое место в рядах Сопротивления. Все-таки я попытался захватить ее врасплох, но, когда раскрыл жадную пасть для смачного поцелуя, мои губы уткнулись в жесткие завитки на виске, приглаженные гелем.

— Что на вас нашло! — воскликнула Ребекка.

— Нашло? Наехало! Надвинулось! Этот соблазнительный фасад, замаскированный свитером, скульптурные выпуклости, что заставляют тебя семенить по-птичьи! Стоило мне пальцем коснуться твоего горячего тела, как во мне все всколыхнулось. Знаешь, чем я сейчас отличаюсь от площади Согласия? Тем, что тамошний обелиск стоит абсолютно вертикально!

И тут чертовка меня одернула. Отчитала! Обругала! Назвала похотливым козлом, мартовским котом, развратником, грязным сластолюбцем, придурком, у которого только одно на уме, взбесившимся подонком, слюнявым дебилом и предложила подлечить железы внутренней секреции, они явно протекают… И все потому, что я попытался поцеловать ее, да и то неудачно!

— Пощади, о чистейшая! — проворчал я сквозь зубы. — Я и не заметил, что подцепил сестру во Христе, юную мать Терезу.