Немного о богах и смертных (СИ)

Часть

1.

Возрождение

«Do you feel like a young god?

You know the two of us are just young gods

And we'll be flying through the streets with the people underneath

And they're running, running, running…»

«Young God» Halsey

Возрожденный мир. Эра запустения, 1164 г. до заселения.

Душа.

Красно-оранжевая пустыня источала ровный жар, зыбкими волнами поднимающийся к беспощадно-белому солнцу. Слабый ветерок лениво перебирал песчинки, застрявшие между острых обломков не опознаваемых руин.

На последнем островке ровной полированной поверхности, уронив голову на собственные сложенные на коленях руки, сидел мужчина.

Кто я? Почему я все еще здесь и вижу это? Зачем я здесь? Нет ответа. В памяти такая же пустыня, как и на многие-многие дни пути вокруг. Впрочем, тела у меня нет, и я могу преодолеть какие угодно расстояния в доли мгновения. Поэтому, могу с уверенностью утверждать — сидящий подо мной, парящей в эфире, был единственным живым существом в этом мире.

Конечно, жизнь трудно истребить под корень. Она очень упряма. Но, вряд ли простейшие, невидимые глазу существа, копошащиеся у линии прибоя и в редких лужах возле гейзеров, могли порадовать незнакомца.

Хотя, какой он незнакомец? За ним я наблюдаю уже очень давно.

Последние годы он сидит так, не шевелясь, и лишь уничтожает песчинки, вздумавшие нарушить границы маленького круга чистой ровной поверхности, на которой он сидел.

Быть может, ему скучно?

— Привет, — шепнула я прямо в его разум, не колебля раскаленно-дрожащего воздуха. Вмиг он подскочил на ноги, озираясь по сторонам.

— Кто здесь? — воскликнул мужчина. Я еще раз вгляделась в знакомые черты лица. Черные кожа и глаза, белые волосы и зубы, подтянутое и крепкое тело. Как же он красив! Но те чувства, что пробуждались во мне при взгляде на него, не объяснялись одной только красотой… Почему?..

Возможно, разговор с ним поможет мне вспомнить… А может, он узнает меня? Ведь могли мы быть знакомы. Если я чувствую Это?..

— Я, — шепнула ему в ответ.

— Кто ты? — он напустил на себя равнодушный вид, но я-то видела, что это не так. Дыхание и биение сердца выдавали его волнение.

— Не помню. А кто ты?

Его имени я до сих пор не знала, и мне было любопытно.

— Меня зовут Дзирт. Бог разрушения. Я — хозяин и безраздельный властитель этого мира. Склонись передо мной и преклони колени! — он выпрямился, расправив плечи, и горделиво откинул голову назад. Ветер подхватил длинные прямые волосы и отбросил ему за спину. Это было очень эффектно. Вот только пустота вокруг чуть смазывала общую картину его триумфа.

— Коленей у меня нет, как и тела вообще. Но ты меня впечатлил.

Дзирт немного сдулся, но горделивой осанки не утратил.

— Что ты умеешь, дух?

— Ничего. Тела у меня нет, силы тоже. Могу только передавать свои мысли.

Мне понравилось разговаривать с ним. И почему так долго молчала?..

— Только, пожалуйста, не говори обо мне в мужском роде, я чувствую себя женщиной.

Дзирт еще раз пробежал глазами по пустынному пейзажу вокруг себя. Чуть помедлив, сел на прежнее место.

— И давно ты здесь?

— Давно. Но кроме тебя не видела здесь никого.

— Почему же показалась только сейчас?

— Я подумала, что, возможно, тебе скучно…

Дзирт вновь вскочил на ноги, рыча и закручивая вокруг себя вихрь силы. Я с любопытством наблюдала за ним со стороны.

Взрыва не было, только пространство вокруг него стремительно опустело, не стало ни воздуха, ни камня, ни песка. Зависнув на долю мгновения, он мягко приземлился дно идеально-округлой котловины.

— Сама виновата! Вздумала меня жалеть! — пробормотал он, в очередной раз оглядываясь по сторонам. Вот только в его голосе не было торжества, только что-то похожее на… Сожаление?

— Больше не буду, — спустя какое-то время сказала я. Услышав, Дзирт вскинул голову. В глазах на миг вспыхнула радость, которую он, впрочем, очень быстро загнал вглубь.

— Ты в моем мире, а значит, тоже принадлежишь мне, — властно сказал он в пустоту.

Было бы у меня тело, пожала бы плечами.

— Хорошо, — просто согласилась я.

Слуга из меня все равно никакой, пусть воображает себя моим хозяином, мне не жалко.

— Расскажи о себе, — то ли потребовал, то ли попросил Дзирт, откидываясь на покатый склон небольшого кратера. Ветер уже начал заносить песком его дно.

— Нечего рассказывать. Ничего не помню, даже своего имени. Только одно я знаю точно, и, я подумала, что, быть может, ты знаешь ответ… — объяснения получились какими-то путаными. Наверное, это сказывался долгий период молчания, и я разучилась складно строить предложения.

— О чем ты? — он чуть прищурил глаза.