Блошонок домашний, дрессированный

Патологическая страсть моего мужа к сладкому чаю привела меня поздним субботним вечером к соседям. За сахаром: дома не нашлось ни ложечки, а погода никак не располагала к походу в дальний круглосуточный магазин. Соседки не было дома. Супруг её, Иван Николаевич, вид имел отчего-то растерянный и озабоченный. К тому же он был взлохмачен и покрыт пыльными махрами от коленок вытянутых треников до самых плеч.

– Вот Кузя потерялся, – смущённо пробормотал сосед.

– Вы кота завели? – поинтересовалась я.

Сосед смутился ещё больше.

– Блошонок Кузя, – как-то неопределённо сказал сосед, тревожно заглядывая под круглый стол, пыль под которым он видимо и собирал, когда я так некстати ввалилась.

Я понимающе кивнула: все мелкие котята бегают, прячутся и озорничают. Моя сахарная просьба соседа явно обрадовала, и он отсыпал бы мне целых полкило в полиэтиленовый пакетик, но я удовлетворилась парой столовых ложек. Иван Николаевич проводил меня несколько поспешно, как мне показалось. Котёнок так и не показался.

**

Воскресным утром мы по обыкновению задержались с завтраком, и я ещё только укладывала тосты и ломтики сыра на красивой тарелке, когда к нам явился озабоченный Иван Николаевич.

– Извиняюсь, что так рано, но у меня важное дело до Михал Андреича.

Мне подумалось, что речь пойдёт о новом питомце четы Васильевых – котёнке Кузе. Муж мой по профессии ветеринар, и к нему частенько обращаются с вопросами о четвероногих любимцах друзья, знакомые, соседи.

Иван Николаевич для вида немного помялся, а потом довольно бодро сообщил:

– Проблема у меня образовалась в связи с новым жильцом, ты бы помог каким советом, Андреич. Зверюшки ведь по твоей части…

– Да, Оля мне рассказывала, что у вас котёнок появился, – с готовностью подхватил Миша, поощряя растерянного соседа к продолжению.

– М-м, не совсем чтобы котёнок, – снова замямлил Иван Николаевич. – Я тут блошонка завёл… Кузей зовут…

– Кого? – опешил звериный доктор, потряс головой и переспросил удивлённо: – Кто у вас завёлся, я что-то не совсем понял?

– Блошонок Кузя, – оживился сосед, увидев возросший интерес к его персоне, – ручной, домашний. Я его дрессирую, и он уже на Кузю откликается: мигом выпрыгивает. Подковать не подкую, а выучить каким-то штукам – это мы запросто.

– А откуда он у вас взялся? – Миша уже немного пришёл в себя, но на соседа смотрел теперь с некоторым подозрением. – Надеюсь, вы его не купили?

– Первый этаж, сами понимаете, – охотно пустился в разъяснения сосед, – блохи иногда из подвала забираются. Моя-то хозяйка потравить хотела, да я не дал. Защитил, значит, животинку. Мы даже повздорили по этому поводу с Татьяной. Три дня уж не разговариваем. Я ей толкую, вреда, мол, никакого от малюток нет: из холодильника они ничего не таскают, нигде не гадят, шуму от них не наблюдается. А что кусают, так в основном меня. Она, видать, из-за вредности не особо блошкам по вкусу пришлась.

– Так всё-таки кусают? – чему-то обрадовался мой муж. Я едва сдерживала смех и принялась разливать чай, чтобы не нарушать серьёзности мужского разговора.

– Что там с того кусания! Деликатные ребята: пару раз за день и укусят и не так зверски, как комар. Да и не зудят громко опять же. А занятие по дрессировке я себе нашёл интересное: прыгают и скачут наперегонки, глядеть забавно. Особенно молодой этот, Кузя, значит. – Сосед вдруг помрачнел и обеспокоено спросил: – Кормить-то чем их можно кроме крови? Как там наука рекомендует?

Тут уж я не выдержала и выскочила из кухни, якобы что-то срочное вспомнила. Но далеко не пошла: чтобы не пропустить чего-нибудь интересного. Сдавленно хрюкнула в салфетку, погремела немного посудой в буфете, и притихла.

– Так кроме крови они ничего и не едят, – жутко серьёзно разъяснял Миша. – Всё-таки беспокоят?

– Да нет, это я беспокоюсь за них. Не повредили бы себе здоровье, я ведь пивком частенько балуюсь. А когда и покрепче рюмочку пропущу…

Я чуть салфеткой не подавилась.

– А-а, вы об этом, – по-прежнему серьёзно отреагировал мой муж, – за них не беспокойтесь, алкоголь им навредить не может. Пойдет ли на пользу, не скажу. Тут надо бы специальную литературу почитать. А вот вреда не будет уж точно.

– Вот спасибо, голубчик, Михал Андреич! Утешил ты меня, ей богу.

**

Два дня спустя встретила я по пути в магазин мрачного Ивана Николаевича.

– Случилось что-нибудь? – забеспокоилась я.

– Татьяна моя, злыдня, извела-таки моих питомцев.

– Неужели потравила.

– Нет, одурманила керосином, да собрала в банку, пока вялые были. Тряпицей прикрыла и Степановне с третьего этаже отдала. На пару действовали, злоумышленницы.

– А Степановне-то блошенята зачем? – поразилась я. – Тоже дрессировкой заняться надумала.

– Корыстная она баба! Кто, говорит, долги ей отдавать не будет, тому блох в квартиру напустит.

Сосед понуро побрёл дальше, а я так и осталась стоять посреди дорожки с раскрытым от удивления ртом. Потом опомнилась, привела лицо в порядок и направилась дальше по своим заурядным делам.