Близкие друзья-2. Во власти Короля

В дороге нам с Антонио пришлось играть роль путешественников. Людей зажиточных и опасных, (каковыми мы на самом деле и являлись), сопровождавших двух молодых девиц. Девушки вели себя скромно. Видимо, осознание того, что они попадут во дворец, делало их кроткими и молчаливыми. Да и, честно говоря, вторую половину дня мы провели под проливным дождем, под которым особо не поговоришь.

Плотные плащи не спасали от непогоды. Мы все вымокли, как говорится, до нитки. Я переживал не за себя, а за девушек. Только простудиться им не хватало. Мы-то с Тони привыкшие и к дождю, и к холоду. Пронизывающему до костей ветру. А они – слабые женщины, не знающие походных лишений.

Как только начался дождь, мокрые девицы принялись чихать и громко стучать зубами. Погода нас совсем не радовала, и было нестерпимое желание поскорее оказаться возле очага. Желательно, чтобы и крыша над головой была.

Я мог обсушить и себя, и их, но магия вне поля боя была под строжайшим запретом. А окончить свою жизнь на плахе мне совершенно не хотелось. Поэтому пришлось засунуть своё желание куда подальше и ехать дальше в мокрой одежде. Братья ордена светлого Бога учат смирению и жизни без греховной магии. Слепая вера многим застлала глаза, но не мне.

С некоторых пор использование магии в личных целях стало вне закона. Но так было не всегда. Раньше магию использовали повсеместно. Теперь же магия служит лишь на благо королевской династии и не используется в быту. Для тех, кто ослушается, всегда найдется дерево и заговоренная против магии веревка. Поэтому предпочитал на людях не пользоваться сверхъестественными силами.

Все вздохнули с облегчением, когда увидели впереди свет красного фонаря. Рядом с дорогой стоял постоялый двор. Здесь путники могли остановиться, обсохнуть, поесть и снять комнату для отдыха. Но в такую погоду на постоялом дворе могло и не иметься свободных номеров. А нам необходимо согреться и как следует выспаться. Не хотелось ночевать на конюшне вместе с лошадьми. Завтра нас ожидал не менее трудный день, чем сегодня. Мне предстояло предстать перед грозными очами короля. Не слишком мы хорошо в прошлый раз с ним расстались. И он мне это ещё обязательно припомнит. Королю не отказывают, он такого не прощает…

Герман третий имел слабость. А слабости он искоренял на корню. В его саду не росли сорняки. Религия светлого Бога и слабость совершенно не сочетались друг с другом. Король любил как мужчин, так и женщин. Но об этом знали не многие. Король и я. За такое знание он меня давно бы уже убил, если бы не одно, но. Моя сперма продлевала ему жизнь и давала приток жизненных сил и молодость. Король был слабеньким магом, но зато сильным и жестоким правителем. На наши границы время от времени нападали соседи. И Герман был счастлив оказать им любезность, лишая тех буйных голов и надежды на спокойную жизнь, которую они раньше вели. Король, захватывая рабов, распространял истину – жизнь без магии.

Я тоже в каком-то смысле был рабом короля. Верным слугой правителя и на поле боя и на королевском ложе. Королям не отказывают… И всё же я отказал. И теперь дорого заплачу за свой проступок. Я уже предполагал, куда он меня засунет.

В последнее время слишком много развелось умертвий. От них страдали деревни и небольшие лесные поселения на северной границе нашего королевства. И что-то мне подсказывало, что вскоре мы с Тони отправимся именно туда. Но вначале наша с другом женитьба. Я возьму в жены рыжеволосую дикарку по имени Аматуна. Антонио женится на девушке не менее благородных кровей.

Аматуна – мечта и отрада моих очей. Оливкового цвета кожа, миндалевидные, практически чёрные глаза и необыкновенный цвет волос меня немало заводили. Она была истинной королевой племени Рамахов. Светлокожие и светловолосые дикари боготворили рыжеволосую королеву. Для них она была символом процветания и могущества. Пока жива она, живо и племя Рамахов.

Несмотря на то, что королева пала ниц (к моим ногам) и стала рабыней. Она вскоре обретёт счастье в моих объятиях и станет счастливой женой. У неё будет хоть и ограниченная, но свобода. Ведь жизнь предпочтительнее смерти. Брачное ложе лучше ошейника рабыни. Материнство – счастье, о котором мечтает каждая женщина. И я готов ей всё это дать.

Как же прекрасна моя рыжеволосая королева. От воспоминаний о её тонком стане и высокой груди болезненно потянуло внизу живота. Несмотря на холод, на меня накатила жаркая волна возбуждения. Желание остро отозвалось в паху.