Благослови мою любовь

Шэннон Моррис медленно вошла в свой дом, больше не чувствуя себя в нем как дома. А ведь когда-то она была здесь очень счастлива.

– Алан? – по привычке позвала она и замолчала, вспомнив: Алан никогда не ответит ей снова.

Ее сердце сжалось от боли. Мужчина, за которого она пять лет вышла замуж, мертв. Он никогда ее не обнимет, не рассмеется, не разделит с ней тихих вечеров…

Шэннон зашла в спальню. Там царил полумрак.

Шторы не впускали сюда послеполуденное солнце: антикварная мебель и ковры требовали бережного обращения. Алан любил эту комнату.

Шэннон нерешительно постояла в дверях, бросив взгляд на кровать. Ей на мгновение показалось, что на кровати лежит Алан и ждет ее.

– Алан? – позвала Шэннон.

Она приняла душ, надела легкий халат и легла в постель. Ей хотелось свернуться калачиком, с головой накрыться одеялом и навсегда остаться в такой позе. Она до сих пор чувствовала знакомый запах – запах Алана. Из ее глаз снова потекли слезы. Ей казалось, что она уже выплакала их все, но слезы продолжали течь.

Она зарылась лицом в подушку. Несправедливо, что его нет, а подушка осталась как напоминание о мужчине, которого она любила и который так скоро скончался.

Последние несколько месяцев всплыли в памяти Шэннон.

Однажды, вернувшись, домой после добровольной работы в приюте для животных, она обнаружила мужа в постели с сильной головной болью. В тот день она узнала правду. Его головные боли оказались не мигренями, а симптомами опухоли, которая дала слишком много метастазов, чтобы ее можно было полностью удалить. Алану оставалось жить несколько месяцев.

Она просила его проконсультироваться у других врачей, найти лучшего хирурга… Сделать хоть что-нибудь, только чтобы остаться в живых!

Он был терпелив, но тверд. Он уже испытал все.

Когда Шэннон наконец, приняла действительность, она бросила работу, решив проводить с мужем все время. Алан не возражал. Не возражал и его партнер, Джейс.

Закрыв глаза, она словно наяву видела, как Алан лежал в этой постели, пытаясь превозмочь боль.

– Я хочу, чтобы ты мне пообещала: если со мной что-нибудь случится, ты обратишься к Джейсу. Он о тебе позаботится, – сказал как-то Алан.

Ему было около пятидесяти пяти, его ожидали еще несколько десятилетий жизни. Конечно, он был почти на тридцать лет старше Шэннон и она понимала, что он, вероятно, умрет раньше ее, но не так скоро!

На протяжении восьми месяцев Алан знал, что обречен, но старался, чтобы Шэннон об этом не догадалась.

– Прогноз не был хорошим с самого начала, – сказал он ей в тот ужасный день, когда открылась правда.

– Ты не можешь умереть, – повторила она.

– Шэннон, ты должна меня выслушать. Это важно. Я думал о твоем будущем с тех пор, как узнал диагноз. Ты знаешь, что большая часть нашего дохода поступает из трастового фонда, основанного еще моим дедушкой. Трасту принадлежит даже дом, в котором мы живем. С моей смертью все это прекратится. Вряд ли Дин поможет тебе деньгами.

– Меня не волнуют деньги! – горячо сказала Шэннон. Он говорит о деньгах в такое время? – Меня волнуешь ты. Я люблю тебя! Если тебя не будет рядом, я не стану жить дальше!

Шэннон знала, что никогда не нравилась старшему брату мужа, Дину. Но в тот момент это ее беспокоило меньше всего. Она не могла смириться с тем, что Алан умирает.

– Конечно, станешь. Ты должна меня выслушать. Последние несколько месяцев я старался отложить для тебя деньги. Но этого недостаточно. В прошлом году мы с Джейсом начали расширять бизнес… к сожалению, как раз перед тем, как я узнал диагноз. Я пока не могу попросить Джейса выкупить твою долю, но знаю – расширение себя оправдает. Мне нужно, чтобы ты пообещала оставить все как есть еще на год. Потом продашь долю Джейсу, если захочешь, или можешь остаться в фирме, поскольку именно ты получаешь мои акции. Будешь полноправным партнером.

– О Алан, – всхлипнула молодая женщина. – Ты старался изо всех сил, но ты мне нужен по-прежнему… Мне так сильно тебя не хватает…

Дин дал ей два месяца на то, чтобы освободить дом. Оставалось всего несколько дней.

Шэннон жалела, что связала себя обещанием, данным мужу. Партнер Алана Джейс ее раздражал. Правда, когда шесть лет назад она начала работать секретаршей в фирме «Моррис и Пембрук», ей очень нравилось работать с обоими партнерами. Джейс был всего на несколько лет старше нее. Масса потрясающих идей, а также решительность и энергия гарантировали успех любому его начинанию.

Алан был старшим, более осторожным партнером. Именно он имел дело с большей частью финансов.

Ее отношения с Джейсом несколько изменились только после того, как она влюбилась в Алана, а затем вышла за него замуж.

И Джейс, и брат Алана Дин Моррис не сомневались, что Шэннон вышла замуж из-за денег. Да как они могли подумать!.. Для нее не имело значения, что Алан старше ее почти на тридцать лет. Она любила его и знала, что он ее любит.