Битва «тридцатьчетверок». Танкисты Сталинграда

С взлетной полосы аэродрома «Питомник» поднялся тяжело нагруженный транспортный самолет Ju-52. Все его три мотора ревели на самых высоких оборотах. В окруженный советскими войсками Сталинград «транспортники» Люфтваффе везли продовольствие, медикаменты, боеприпасы. А обратно забирали раненых и тех, кто получил официальное разрешение вылететь из этого ледяного ада.

От летчиков требовались смелость и сноровка, чтобы на перегруженном самолете подняться в небо по узкой и короткой полосе. Погода в приволжских степях была прескверной: снежные заряды, метели, ледяной ветер. К тому же путь взлетающим самолетам преграждали многочисленные воронки от арт-обстрелов русских и обломки машин менее удачливых коллег из Люфтваффе.

Через этот аэродром «Питомник», а также с авиабазы Гумрак осуществлялось снабжение Шестой армии фельдмаршала Паулюса по воздуху.

И вот очередной «транспортник» оторвал неубирающиеся шасси от укатанной полоски снега, чтобы приземлиться спустя несколько часов полета где-нибудь в Новочеркасске, Ростове-на-Дону или в Сталино [1].

– Flug auff! Aufstiege. – Взлетаем! Набираем высоту.

В салоне самолета пилотам аплодировали даже раненые. Кто-то из полуобмороженных пассажиров на радостях затянул «Лили Марлен». Он отчаянно хрипел простуженным горлом и нещадно фальшивил, но песню поддержали:

Однако воздушные стрелки в куполообразной верхней установке и по бортам кабины не разделяли всеобщего ликования.

Всю трассу транспортников от Сталинграда отмечали на земле обломки сбитых немецких самолетов. Чего только не было в этих грудах искореженного «крылатого металла»?! Покореженные останки «Хейнкелей-111», которые использовались теперь не как бомбардировщики, а как транспортные самолеты. Почтовые «Юнкерсы-86», транспортные Ю-52, сверхтяжелые четырехмоторные FW-200 «Кондор».

А вот переоборудованные в «транспортники» «Урал-бомберы» – «Хейнкели-177» сгорели на авиабазе в Днепропетровске безо всякого участия русских летчиков или зенитчиков. Просто они еще раз подтвердили свою сомнительную репутацию «летающего фейерверка», из-за которой доработка этих летающих монстров затянулась в Люфтваффе на несколько лет.

Беспощадные «сталинские соколы» делали все, чтобы приумножить это «крылатое кладбище». Воздушный бой в таких случаях был молниеносным: заход на цель – атака! Отворот – и снова заход. Краснозвездные «ястребки» били по двигателям, дырявили гофрированные крылья и фюзеляжи, прошивали кабины и пилотов Люфтваффе внутри.

К перехватам немецких «транспортников» привлекали даже штурмовики «Ил-2»! Неторопливые, по сравнению с истребителями, «Eizern Gustaw» – «Железные Густавы», как называли их немцы, расстреливали неповоротливые «Ю-52» и «Хейнкели-111» из пушек и пулеметов. А то и могли реактивными снарядами «поджарить». И тогда точно – быстрая и яркая смерть!

Так что стрелки нервно водили стволами пулеметов, ожидая скорой и неминуемой атаки.

Раньше их прикрывали «Мессершмитты-109», но сейчас «Ягдгешвадеры» сильно поредели, прикрывать транспортные машины стало просто некому. Да и лично рейхсмаршал Люфтваффе Герман Геринг берег своих «орлов». А на обычных «пилотяг», на горбу которых и держалась слава «непобедимой германской воздушной мощи», командованию было плевать с верхушки Рейхстага.

Но смерть для фашистских оккупантов пришла не с хмурых свинцовых небес, а из снежной пелены внизу. Раскаленные плети пронзили ледяные вихри и прошили «летающий автобус Люфтваффе». Крупнокалиберные пули прошивали легкий гофрированный дюраль и кромсали тела «счастливчиков», которые думали, что смогут покинуть ледяной ад осажденного Сталинграда.

– Ich bin traf! – Я подбит!

Куски свинца со стальными сердечниками ударили по крыльям и двигателям. Экипаж от смерти спас только носовой мотор, который принял на себя очередную «порцию» раскаленного русского свинца. Во все стороны полетели оторванные цилиндры, искореженные лопасти воздушного винта, какие-то детали из выпотрошенного нутра механизма.

– Zum Teufel! – К черту!