Биографический словарь русских историков

В этом небольшом сборнике биографических очерков автор преследовал цель выделить живые черточки из жизни и профессиональной деятельности историков прошлого. Время мумифицирует давно ушедших людей, кровь отливает из жил, румянец пропадает из щек, – сухие останки прошлого нередко внушают жалость и пренебрежение. Между тем нам интереснее сегодня не что и когда написал историк (сухой шелест его страниц), а как он жил и работал. Данных об этом сохранилось немного. Попробуем все же в десятках кратких биографических очерков выделять хотя бы одну – две живых личностных черточек ушедших людей, в коих отразился век, ремесло историка, людская натура.

Объем очерков не всегда соответствует масштабу и значимости в науке какого-то конкретного персонажа. Многое определяется неизбежным (увы) субъективным подходом автора к людям своей профессии двух прошлых веков. Из историков второй половины ХХ века в словаре нет очень многих достойных лиц. Это связано прежде всего с отсутствием у автора или в печати вообще оригинального личностного материала о них. Некоторые справки поневоле кратки. Они ставят задачей лишь обозначить присутствие в нашей науке этого историка или вспомнить какую-то замечательную и необычную черту его характера, быта, деятельности. К сожалению, из-за глобализма поставленной задачи и невозможности одному человеку объективно взвешенно решить ее в сравнительно небольшом объеме данной книги, автор не может всесторонне охарактеризовать жизненный путь историков прошлого, их мировоззрение, научные труды. Главная задача словаря, по мысли автора, – показать многообразие и бесконечную причудливость людских судеб историков прошлого.

Всеобъемлющий словарь историков – дело далекого будущего. Но в словарь включены некоторые историки литературы, этнографы, археологи… Для XIX века узкая специализация одного человека в течение всей жизни была делом невозможным. Ученый мог проявить себя в нескольких (и не всегда соседних) областях науки. Авторский подход здесь также субъективен. За всю эту неполноту автор заранее просит прощения у читателей. Дореволюционные даты даны по старому стилю. Из-за недостатка личностной информации и ряда других причин биографические статьи об основной массе русских историков середины – второй половины ХХ века отсутствуют. Автор полагает, что данные материалы – лишь начало его работы в этом направлении. Поэтому будет благодарен за любые поправки и дополнения, присланные в адрес издательства. Хочется также выразить искреннюю благодарность научному редактору словаря В. В. Тихонову, не пожалевшему ни сил, ни времени на редактирование сложного и многообразного биографического материала. Также перу В. В. Тихонова принадлежат статьи о следующих советских историках: А. В. Арциховский, Б. Д. Греков, Н. М. Дружинин, П. А. Зайончковский, Н. П. Ерошкин, И. И. Минц, М. Н. Тихомиров, Л. В. Черепнин.

Устойчивость и мощный адаптационный потенциал исторической науки России не может не восхищать. В диалоге мировых научных культур она сохранила свое внутреннее единство и специфику. Несмотря на долгие годы смуты и раздрая конца XX – начала XXI века… Мощь культурной традиции очевидна.

Проблемы же современной науки неразрывно связаны с наследием ушедших в прошлое историков. Меняющаяся роль исторической науки среди гуманитарных и прочих наук еще нами слабо осознана. Анализ трансформации исторической науки в стремительно меняющейся природе мира, увы, дело далекого будущего.

Современный читатель творений наших историков (не принадлежащий сам к этой корпорации), как метко выразился исследователь Л. А. Беляев, «теряет свой ство доверчивости и обретает вкус к подлинности, требует данных из первых рук. В идеале это данные, добытые при его личном участии». Ему, действительно, нужно увидеть прошлое не как готовый текст, а как процесс, так сказать, в рабочем состоянии. Читатель становится сам себе историком (по собственным надобностям) и творит историю как произвольную интерпретацию прошлого, настоящего и будущего, прибегая при этом к бессвязному конструированию в духе блога или клипа.