Билет, который лопнул

Серия «Чак Паланик и его бойцовский клуб:

William S. Burroughs THE TICKET THAT EXPLODED

Перевод с английского В. Когана

Печатается с разрешения наследников автора и литературного агентства The Wylie Agency (UK), Ltd.

Исключительные права на публикацию книги на русском языке принадлежат издательству AST Publishers.

Книга содержит нецензурную брань

Это долгое путешествие. Мы единственные пассажиры. Вот мы и узнали друг друга так близко что звук его голоса и его образ мерцающий над магнитофоном стали мне привычны как работа моего кишечника звучанье моего дыхания мое сердцебиение. Нет мы не любим друг друга и даже друг другу не нравимся. Мало того когда я смотрю на него в глазах моих неизменно убийство. А стоит ему посмотреть на меня убийство неизменно в его глазах. Убийство в свете карбидового фонаря под дождем Пуйи снаружи это весьма дождливое место выпивая агуардьенте с чаем и корицей дабы отбить вкус керосина он обозвал меня пьяным сукиным сыном и вот оно появилось на той стороне стола страшное и кровавое как только что использованный нож… сидит неподвижно и вяло в брезентовом кресле прочтя воскресные комиксы за прошлый месяц он называет их «шутками» и читает каждое слово иногда на это у него уходил целый час на берегу приливной реки в Мексике неторопливое убийство в его глазах быть может лет через десять пятнадцать я увижу сделанный им ход тогда он был неплохим шахматистом-любителем это даже отнимало у него почти все время но времени у него было полно. Я предложил ему разочек сыграть он посмотрел на меня улыбнулся и сказал: «Куда тебе со мной тягаться».

Его улыбка была самой непривлекательной из его черт или по крайней мере одной из его непривлекательных черт она раскалывала его лицо надвое и нечто абсолютно чужеродное вроде хищного моллюска виднелось там по-другому короче в первые минуты игры сделав совершенно случайные ходы я взял его ферзя. Он выиграл партию без ферзя. Я своего добился и утратил интерес. Панама под потолочными вентиляторами, на холодных ветрах Чимбораццо, на булыжниках Лимы, испаряющийся с грязных улиц Эсмеральдаса этот вялый его синтетически-грубый цэрэушный голос… по существу он был довольно суров и своекорыстен и мыслил исключительно с точки зрения позиции и выгоды эффективный но чрезвычайно ограниченный интеллект. Мышление на любом другом уровне его попросту не интересовало. Он был между прочим весьма жесток но не пристрастен к жестоким поступкам. Он был жесток если предоставлялась возможность. Потом он улыбался глаза его щурились а острые зубки хорька проглядывали меж тонкими губами которые выделялись сине-лиловым цветом на гладком желтом лице. Однако кто я такой чтобы осуждать кое-что своем собственном прошлом мне лучше поскорее забыть…

Клоню я к тому что мы друг другу не нравимся мы просто оказались на одном корабле делим одну каюту а зачастую одну постель связаны миллионом общих блюд и отрыжек работой кишечника и звучаньем дыхания (Он ужасно храпел. Чтобы заткнуть ему рот я поворачиваю его набок или на брюхо. Он просыпается и улыбается в темной каюте бормоча «Не вздумай».) нашим сердцебиением. Мало того его голос двадцать четыре раза в секунду сращивается с звучаньем моего дыхания и моим сердцебиением, от чего мое тело убеждено, что мое дыхание и сердце остановятся, если умолкнет его голос.

«Ну что же, – говаривал он со своей обаятельной улыбкой, – эта позиция и впрямь приносит известную выгоду».

Мои попытки убить его как правило были открытыми… нож… пистолет… в чужой руке разумеется у меня не было намерения создавать себе бытовые трудности… автомобильная катастрофа… утопление… однажды когда он нырнул с лодки в приливную реку у меня в голове всплыла акула… Я приду к нему на помощь и точно тисками сожму в руках его израненное умирающее тело он будет слишком слаб от потери крови чтобы от меня отбиваться и мое лицо будет последним что он увидит. Он всегда планировал что его лицо будет последним что увижу я и его план предусматривал эпизоды синерамного фильма с изображением Сада Наслаждений и показом всех видов мастурбации и самопоругания особенно годится мальчикам все электрическое и очень хитроумное вы где-нибудь сидите некое сексуальное колесо крутится врезаясь вам в жопу или давит на ваши спинномозговые центры а электронная виселица попросту уничтожает вас на ленте транспортера Режиссер выкрикивает там распоряжения:

«Я хочу чтобы ты обсирался и обоссывался с ног до головы когда видишь виселицу. Ну же координируй свое касторовое масло! И Бога ради посмотри на безжалостного палача умоляющим взглядом он ведь твой приятель по заднице и намерен тебя повесить в этом-то вся драма и есть…»

«Это болезненная фантазия Би-Джей».