Безумство (ЛП)

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

«Безумство» Калли Харт

Бунтари Роли Хай#3

Переводчик: Светлана П

Редактор: Лилия С

Вычитка и оформление: Больной психиатр

Переведено для группы: https://vk.com/bellaurora_pepperwinters

+18 

(в книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера)

Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Пролог.

Идя долиною смертной тени…

Я не боюсь зла…

— Это как в «Звездных войнах», мам. Все эти маленькие белые крапинки, летящие к окну, как звезды. Видишь, вот как все выглядит, когда путешествуешь в космосе.

Женщина, сидящая на водительском сиденье автомобиля, ласково улыбается мальчику, сидящему сзади. Ее спина болит от всей этой езды, но они уже на финишной прямой. Ну... не дома. Дом находится в часе езды в другую сторону, где дороги приличного размера, люди цивилизованные, и можно купить чашку кофе, который на вкус не как моча. Роли — это худшее захолустье, глухомань, никакого другого города поблизости, и, если бы эта женщина добилась своего, она бы никогда больше не появилась в этом проклятом месте.

Возможно, скоро. Колеса уже крутятся. В один прекрасный день она получит опеку над маленьким мальчиком на заднем сиденье, и все будет официально: она станет его матерью. Юридически. Ей не придется вздрагивать каждый раз, боясь, что кто-то услышит, как он ее так называет. Было бы неправильно просить его использовать этот титул до того, как все будет улажено в суде. Если все пойдет не по плану и брат мальчика каким-то образом сумеет получить опеку над ребенком, то это будет очень разрушительно для мальчика. Но ему нужна мать. У него никогда в жизни не было никого солидного и стабильного, чтобы называть мамой. Она хочет быть для него той самой матерью. Черт возьми, когда он впервые назвал ее так, она заперлась в ванной на первом этаже рядом с подсобным помещением, где громко вращалась стиральная машина, и завизжала, как легкомысленный подросток, в новые полотенца для рук, которые только что купила в «Таргет». Она могла бы поправить его. Если бы у нее было больше самообладания, она могла бы сказать ему, что пока не стоит использовать такие имена, как «мама», но это было слишком хорошо. Драгоценный маленький мальчик, слишком маленький для своих одиннадцати лет, с копной черных волнистых волос и темными выразительными глазами, хотел, чтобы она была его матерью, и она ни за что не откажется от этой роли.

Она сразу же начала планировать поездку на Гавайи на каникулы, зная, что время, проведенное вместе, вобьет клин между мальчиком и его братом. Бегство от всего этого холода, дождя и снега. Серфинг. Солнечный свет. Рождественский ужин на пляже, с разноцветными гирляндами из цветов на шее, и звук океанских волн, разбивающихся о берег, чтобы укладывать его спать каждую ночь. Это была поездка, которая останется с ним навсегда. Что-то такое, что могла дать ему только она. Что-то такое, что этот бесполезный кусок дерьма, его брат, никогда не сможет ему дать.

Все шло так хорошо. Женщина знала это всем своим существом; каждый вечер, когда она целовала мальчика на ночь, прижимаясь губами к его макушке, вдыхая запах соли в его густых спутанных волосах, она чувствовала, как это действует. Он забывал о своем брате, меньше говорил о нем, меньше думал о нем, становясь все ближе и ближе к ней.

А потом все это рухнуло. Удивительно, но брат нашел способ помешать ее планам. Он всегда так делал. Телефонный звонок раздался сразу после ужина, когда они с мальчиком убирались на кухне арендованной квартиры. Она позволила старому автоответчику записать звонок, что было ее самой большой ошибкой. Если бы мальчик не услышал голос социального работника, доносящийся из этих дерьмовых динамиков, она могла бы скрыть от него эту новость, пока они бы не вернулись в Вашингтон.