Бесстрашие (ЛП)

Кристин Смит

Бесстрашие

Оригинальное название: Fearless

Автор: Кристин Смит / Kristin Smith

Серия: Игра в обман / The Deception Game #3

Переводчик: Дарина Ларина

Посвящается моим родителям — двум самым бесстрашным людям, которых я когда-либо знала. Спасибо, что всегда верили в меня.

«Прогресс — наше будущее, совершенство — наша цель»

— выдержка из официального указа Содружества Пасифики.

1

СИЕННА

Долина Смерти — подходящее название для этого места. Если здесь есть что-то живое, я сильно удивлюсь. Здешняя жара плавит всё. Мы нашей разношёрстной командой плетёмся по этой бескрайней сауне прямиком в лагерь «Зенит». Пот скапливается под мышками, течёт по лицу, капает с носа. Я и представить не могла, что миражи бывают настолько правдоподобными, пока не увидела один такой на горизонте — обман зрения заставил меня поверить, что всего в нескольких шагах от нас растянулось огромное озеро.

Но нет.

Прошло два дня с тех пор, как мы покинули Рубекс. Два дня с тех пор, как Зейн покинул нас. И хотя месяц до этого мы провели в разлуке, пока я торчала в зловонной тюрьме, я скучаю по нему. Скучаю по времени, проведённому вместе.

Единственное утешение — то, что Трей снова рядом. Нам ещё многое предстоит наверстать, чтобы вернуться к тем отношениям, которые у нас были до того, как правительство приняло решение сбросить бомбу на нашу базу и промыть Трею мозги. Но мы справимся. Я верю.

А вот мой папа…

Сердце сжимается при мысли о нём, когда я вспоминаю, как лазерные пули пронзили его тело…

Стоп. Не надо думать об этом. Мозг невольно проигрывает момент его смерти в моей голове снова и снова, но я не могу зацикливаться на этом. Если поддамся, скорбь поглотит меня целиком. Мы воссоединились на такой короткий срок, и вот его вновь отняли у меня. Это несправедливо, но я давно уже поняла, что жизнь вообще несправедлива.

— Как твоё плечо? — спрашивает Трей, намекая на рану от выстрела. Он шёл впереди отряда вместе с Пейдж, вероятно, расспрашивая, что да как устроено в «Зените», но сейчас мы сделали привал у одного валуна, и он подошёл ко мне.

Я приседаю на корточки рядом с валуном и достаю бутылку воды. Кожа вокруг раны натягивается, жгучая боль простреливает плечо.

— Лучше.

Вода тёплая и совсем не освежает, как хотелось бы, но после нескольких недель в тюремной камере я точно ни на что не жалуюсь. Чем дальше я от той крепости, тем лучше.

— Всё ещё болит? — Трей кладёт руки на пояс, глядя на меня сверху.

— Чуть-чуть, — закрыв один глаз, чтобы не ослепнуть (потому что давайте откровенно: солнце здесь — то ещё пыточное орудие), я смотрю на него. Его кожа стала темнее, более бронзовая после многих часов, проведённых на солнце. Завидую, как хорошо на него ложится загар. Моя кожа уже давно розовато-красная. — Не критично.

Трей присаживается рядом со мной.

— Ты сгорела, — он достаёт футболку из своего рюкзака, смачивает слегка водой из бутылки и кладёт на мой лоб. — Прикрывай голову. Возможно, это поможет.

Оставив футболку на месте, он скользит рукой по моей щеке. Мои щёки вспыхивают ещё сильнее, если это вообще возможно в такую жару. Он едва касался меня с тех пор, как мы вышли из поезда — с той ночи, когда мы покинули Рубекс и ночевали в объятьях друг друга. Я стараюсь не париться из-за этого. Мы, в конце концов, беглые преступники, которые едва сумели спасти свою жизнь. Наверное, он сейчас сосредоточен на другой цели — поскорее добраться до Зенита, где нас ждут другие ребята из Грани. А может, его мысли совсем о другом.

Но об этом я тоже стараюсь не думать.

— Трей, — зовёт Пейдж в нескольких шагах от нас, — можешь подойти на секунду?

Как послушный щенок, Трей тут же встаёт. Надо отдать ему должное — он бросает на меня извиняющийся взгляд, но это не мешает ему идти у неё на поводу. Я наблюдаю за тем, как она берёт его под руку и уводит прочь от всех остальных, как они разговаривают на пониженных тонах, чтобы никто не услышал. Мысли скачут галопом, подкидывая новые сценарии и вопросы.

Трина плюхается на землю рядом со мной, пока я продолжаю сверлить взглядом Трея и Пейдж. Я не из ревнивых, но что-то между этими двумя не даёт мне покоя.

— Я бы не стала беспокоиться на твоём месте, — говорит она, проследив мой взгляд. — Он смотрит только на тебя, — кривит лицо. — Уж поверь мне.

Мысленно возвращаюсь в то время, когда мы были в лагере «Грани» и Трина призналась мне в своих чувствах к Трею. Ладно, допустим, я немножечко выбила из неё признание, но всё же. Я опасаюсь, что её сердечная рана ещё не зажила, но Трина задорно подмигивает и ухмыляется. Узел в груди распутывается, я облегчённо выдыхаю. Однако через секунду её улыбка исчезает. Трина прикусывает губу.

— Что не так?

— Это всё как будто неправильно. Без него.