Бессмертная и недооцененная

Однажды дьявол заскучал, и от скуки вселился в тело беременной женщины, и управлял телом той женщины около года.

Дьявол продолжал пить и курить, хотя не так много. Дьявол регулярно принимал витамины, но ворчал о неизбежном запоре.

И в конечном счете, дьявол родил девочку.

После месяца подгузников, ночных недосыпов, коликов, детского питания, (дьяволу была ненавистна даже мысль кормить грудью) и срыгиваний, дьявол сказал, "Все, хватит," и возвратился в ад, жизнь в котором была намного привлекательней, чем проживание с младенцем.

Девочку удочерили, и она росла в пригороде Миннеаполиса, Миннесота. Ее назвали Лаура, она любила земляничное мороженое, и никогда не пропускала службы в церкви. Она была очень хорошей юной леди. Но у нее был ужасный характер.

Мотель Буревестник.

Блумингтон, Миннесота.

8:57

— Отлично, ребята, давайте располагаться здесь…

— Чарли, все нормально? Света достаточно?

Оператор осмотрелся:

— Здесь полное Дерьмо. Наверно внутри будет лучше.

— Мы не будем снимать на улице…мы войдем внутрь, в конференц-зал. Ну, так как, все в порядке?

Представитель, гладкий как яйцо, сложил ладони вместе и смело поклонился. Казалось, что даже на его костюме нет швов.

— Люди должны видеть, что это не кучка обкурившихся неудачников, которые бояться выйти на улицу. Это доктора. Это юристы. Это — он уставился на нее своими бледно-голубыми глазами, глазами опытного проводника — телеведущие.

— Хорошо, хорошо. Мы все это обозначим. — Она отвернулась от представителя, тихо бормоча: — Чертовы тихие деньки…хоть бы раз дали сюжет о войне…отлично! Давайте войдем, Чарльз!

Чарльз, знал свое дело. И с помощью нового оборудования все прошло относительно быстро и спокойно.

Этот конференц-зал был как тысяча других таких же: полный беспорядок и запах кофе. Интересной особенностью было то, что никто из присутствующих не посмотрел на них. Здесь пили много кофе и мало разговаривали, ели много крекеров и сыра, и смотрели в основном по сторонам.

Они выглядели, точно так, как сказал представитель, подумала про себя журналистка. Солидные, рассудительные. Удивительно, что они согласились сниматься. Разве это были не анонимные алкоголики?

— Внимание! — призвал представитель останавливаясь в центре комнаты. — Давайте рассаживаться, и приступим! Все мы помним. Что сегодня вечером 9 канал поможет нам внести ясность… сегодня вечером кто-то может увидит, что мы не злодеи в плащах и может придет к нам.

— Я начну, и сегодня вечером к нам присоединится еще один человек.

Кто-то кого журналистка видеть не могла, начал возражать тихим голосом, но его просто проигнорировали — или не услышали.

— Меня зовут Джеймс, — продолжил докладчик, — и я не употребляю спиртного уже 6 лет, 8 месяцев и 9 дней.

Пока он спускался было тихо. Потом раздалось шуршание и приглушенное:

— Уф. Чертова лестница.

Затем на сцене появилась девушка лет 25. Несколько мгновений она прищурено смотрела на аудиторию, как-будто флуоресцентный свет резал ей глаза, а затем произнесла абсолютно очаровательным голосом:

— Ну, привет. Я, Бетси. И я не пью уже 3 дня и четыре часа.

— Снимай ее, — прошептала журналистка.

— Все под контролем, — прошептал пораженный Чарли.

Девушка была высокой и ее голова едва не доставала до таблички о запрете курения — это означало, что в ней около 6 футов. На ней был костюм цвета мха, с жакетом, застегнутым на глухо. Сочный цвет выгодно подчеркивал нежную бледность ее кожи и делал ее глаза огромными и темными, как листва в самой гуще леса. Ее волосы цвета золотой пшеницы, чуть выше плеч и слегка волнистые, с необыкновенными рыжеватыми и золотистыми переливами. Скулы, четко выделялись на интересном, даже завораживающем лице. Ее зубы были невероятно белыми.

— Ну, как я уже сказала, я, Бетси. И я пришла сюда…в общем, я видела в интернете…короче, может у вас, ребята, есть способы или что-то в этом роде, которые помогли бы мне бросить пить.

В зале стояла мертвая тишина. Журналистка заметила, что все присутствующие были поражены, так же как и Чарли. Вот это осанка! Вот это прикид! Вот это… Это Бруно Маглис! Журналистка придвинулась ближе. Да…точно они. Чем же эта девушка зарабатывает на жизнь? Если она заплатила почти триста баксов за пару туфель?

— Это то, от чего невозможно избавиться. Я засыпаю с мыслью об этом. Я просыпаюсь с мыслью об этом.

Все вокруг начали кивать. Кивал даже Чарли, и камера при этом качалась из стороны в сторону.

— Это просто захватывает, полностью захватывает твою жизнь. Ты начинаешь планировать свой день, исходя из своей потребности выпить.

Все вокруг закивали еще активнее. У некоторых, даже слезы на глаза навернулись. К счастью. Чарли перестал кивать, но так и не смог оторвать взгляд от девушки.

— Сними ее поближе, — прошептала журналистка.