Бесконечность и дальше

– Только никогда не открывайте лаборантскую! – сказала завуч, распахнув дверь в светлый, только что отремонтированный кабинет. На двери заботливой завхозной рукой была прибита новенькая табличка «1 класс».

– Там, наверное, томятся учителя, не прошедшие аттестацию? – пошутила Милена и поискала глазами лаборантскую. Впрочем, какую лаборантскую? Учителю начальных классов она не положена. Завуч кивнула на большую физическую карту мира и протянула ключ.

– Маскируем от министра, – пояснила она. – Теперь вы отвечаете за кабинет. Вот ключи. Под личную ответственность.

Завуч вышла. Но если бы место, где она стояла, сфотографировать, то в кадре проявился бы чёрный костюм, толстая оправа очков и туфли на широких, устойчивых каблуках – такое всё было неповоротливое, тяжёлое. Милене показалось, что вещи с трудом успевают перемещаться за хозяйкой.

Новая учительница подождала, пока призрак строгого костюма не выйдет за дверь, и ещё раз обвела кабинет взглядом.

На подоконниках не было ни одного цветка. На полках – ни одной книги. Кроме карты стену украшал плакат, оставшийся, пожалуй, со времен первых советских школ: девочка в коричневом платье и чёрном фартуке показывает, как нужно правильно сидеть. Милена села за учительский стол, сложила руки и выпрямилась, как на рисунке. Старательно держа спину, она достала из сумки конверты и принялась их подписывать.

Через десять минут завуч неожиданно вернулась. Здесь призрак её очков оказался весьма расторопным. Он появился в дверях на десять секунд раньше всего остального.

Милена в это время сидела на полу.

– Всё нормально? – нисколько не удивлённо спросила завуч.

– Да, – подняв голову, ответила учительница. – На полу рисовать гораздо удобнее!

И она продолжила раскрашивать конверты.

– Хм, – ответила завуч, – если так дальше дело пойдёт… ну, тогда я не знаю… Может, что и получится, – неожиданно закончила она.

Никто не знал, что из этого выйдет. Только я догадывалась – это будет ЧТО-ТО! Потому что моя мама – не просто учительница. Вернее, она совсем не учительница. Она, понимаете ли, волшебница. Такая вот в нашей семье особенность – мама-волшебница. Но хотя бы с папой мне повезло, он – обычный дизайнер. Дизайнер – это тот, кто придумывает вещам новую форму. А потом в эту форму набивается подходящее содержание. Как-то само собой набивается. Иногда совсем не то, которое нужно заказчику. Поэтому не все заказчики платят папе деньги. Некоторые просто громко ругаются. Ещё папа знает, как красиво расставить мебель и какие обои лучше для детской. Папа выбрал мне обои с зелёными листьями. Зелёный цвет должен успокаивать глаза – так написано в интернете. Но я заметила, что, когда у меня плохое настроение, листья слегка вянут. А если хорошее, они начинают кружиться. Если выбрать какой-то листочек между кроватью и полкой, а потом закрыть глаза и чему-нибудь порадоваться, его не окажется на месте! Но это уже не папа устроил, а, как я подозреваю, мама.

Конечно, в то, что бывают мамы-волшебницы, никто не верит. Мама в это тоже не верит. Милена – так зовут мою маму – говорит, что она ничего особенного не делает и так могут все. Мы с папой пробовали. Единственное, что у нас получалось – наколдовать, чтобы троллейбус побыстрее приезжал к остановке. Да и то не всегда. Поэтому папа решил купить машину. Теперь по утрам он колдует, чтобы она завелась. Увы, тоже не всегда получается. Вообще-то нам больше нравится ездить на велосипедах или роликах. Но на Урале для этого нет дорог и подходящей погоды. Папа время от времени пытается придумать специальный уральский велосипед: безопасный и чтобы от дождя и грязи защищал. Почему-то у него выходит только танк с педалями.

Пока я была маленькая, мама сидела со мной дома. Я за мамой присматривала. Но в этом году я должна пойти в школу. Мы с папой собрались на кухне и стали совещаться:

– Как мы можем оставить маму дома одну, пока ты в школе, а я на работе? – открыл наше заседание папа.

Мама тоже умеет придумывать разные необычные вещи. Например, у меня как-то была детская-аквариум. Хорошо, что я к тому времени уже умела плавать. Когда в моей детской сама собой завелась акула, пришлось отказаться от этой идеи. На память о комнате-аквариуме у меня осталась только небольшая морская черепаха, а у соседей – подвесной потолок.

– Что ты! – не согласился папа брать маму с собой на работу. – Я думаю над серьёзным и очень большим проектом. Разрабатываю новый дизайн для знаменитой табачной фабрики. Никакого волшебства! Вспомни, как мама пыталась устроиться на метеорологическую станцию.