Беседы с учениками

Самое большое преступление, какое может совершить человек в своей жизни, — прожить её зря.

Вы держите в руках книгу, которая является своеобразным продолжением «Беседы с ангелом». Но не спешите сразу откладывать эту книгу в сторону из-за того, что Вы не читали предыдущую. Ведь если она попалась Вам на глаза, значит, для чего-то это нужно.

Эта книга полноценна сама по себе, по своему содержанию, несмотря на то, что герой — Михаил Воробьёв — пришёл сюда со своим багажом из прошлой книги. Поэтому, если у Вас и возникнут поначалу какие-то трудности в понимании сюжета, по мере продвижения по тексту они исчезнут.

Эта книга не детектив и не роман с закрученной интригой, в которой главное — уследить за развитием сюжетных линий. В ней Вы найдёте скорее повод для серьёзных размышлений, нежели средство для приятного времяпровождения (или «убивания» времени). Это чтение другого характера.

Между написанием первой и второй книги прошло около двух лет. За это время изменилось многое, и изменился сам Михаил. Он нашёл учителя — Генадия (да-да, в его имени одно «н», это не грамматическая ошибка), и уже принялся осваивать азы практических знаний совершенствования человека. Поэтому, возможно, те, кто знакомы с ним по первой книге, могут удивиться его некоторой «бесцветности». Ведь раньше Михаил спорил, активно возражал, а тут — сплошные «спасибо» да «извините». Но это не результат его бесхарактерности, просто он начал заниматься практикой, многое узнаёт, понимает, пересматривает…, меняется и его отношение к окружающему, к жизни. Как меняется? Об этом Вы можете узнать из книги.

Дорогой читатель, приглашаю Вас заглянуть за грань обыденного опыта и посмотреть на многие вещи совсем другими глазами.

Очень хочется, чтобы читающий тоже думал, сопоставлял прочитанное со своим опытом и устремлениями. И из-за этого очень не хочется всё «разжёвывать»…

И пусть Вас не смущает манера изложения и подачи информации, просто примите всё как есть.

Андрей Башун

ГЛАВА 1-я, в которой сразу, без прелюдии, берётся, хоть и на детских примерах, но далеко не детская тема — что означает понимать жизнь?

— Учитель, скажите, пожалуйста, что это значит — понимать жизнь? Что это значит — общаться с ней?

— Миша, пожалуйста, зови меня просто Генадием. Ни тебе, ни мне эта официальность в общении, а ещё, не дай Бог, подобострастность, не очень приятна, да и ни к чему. Лучше называй меня по имени. А на твой вопрос давай-ка посмотрим вот с какой стороны: ты меня внимательно сейчас слушаешь?

— Да. Стараюсь, по крайней мере.

— А если ты вдруг о чём-то своём задумаешься? Прямо сейчас, пока я говорю. Попробуй… и продолжай меня внимательно слушать. Ведь жизнь хочет от тебя… Миша, аллё! –

Генадий с улыбкой пощёлкал пальцами перед моим носом. Я даже чуть не вздрогнул от такой неожиданно резкой перемены.

«А ведь он прав, — подумалось мне, — действительно, слушая кого-либо, особенно если говорится что-то малозначительное, мы запросто можем как бы уплыть в сторону от темы. А потом приходится опять въезжать в неё и даже извиняться перед собеседником и просить повторить последнюю фразу». — Я действительно, как и «заказал» Генадий в тот момент, взял и вспомнил о своей семье: как они там? И тут же потерял нить беседы. Генадий, заметив, что я его больше не слушаю, просто вынужден был вернуть меня обратно в наш разговор.

— Ну и как? — спросил он меня.

— Отвлёкся, по полной программе. И как-то совсем незаметно, что даже не понял, в какой момент, — ответил я Генадию.

— А теперь проведи аналогию: жизнь хочет от тебя того же, что и я — что бы ты был к ней внимателен и понимал её. Точно так же, как и в общении со мной, но только во много раз серьёзней. И когда отвлекаешься, она тебя сразу же начинает «трясти». Сначала потихоньку, а потом всё сильнее.

— Генадий, в общении с человеком вроде всё просто, а вот как этот диалог в жизни с самой жизнью происходит? Я ведь не веду постоянной беседы… ну… скажем, с каким-то внутренним голосом. Вы уж простите меня за очень даже может быть глупейшие параллели, — ну просто я так это пока понимаю. Или выйдя, на ту же улицу, увижу развешанные тут и там транспаранты, мол, «Миша, сюда не ходи, а ходи туда»? Или что-то такое в этом роде… Как?

Генадий улыбнулся, и я сразу вспомнил Ивана. Ангел часто так же улыбался, когда я начинал кипятиться, выражая своё нетерпение, и не понимая чего-то очень простого, блуждал где-то рядом с ответом, не находя его.