Березовский и Коржаков. Кремлевские тайны

После того, как на Украине была многократно показана по телевидению и опубликована в прессе моя беседа с Дмитрием Гордоном, из Киева приехал знакомый и посоветовал: «Этому человеку больше никогда интервью не давайте». Я удивился: «Почему?». — «Потому, что вслед за вами он дал слово Березовскому и уж тот поливал Коржакова, как ему заблагорассудилось»… Сам, правда, я этого не видел и не читал, но друзья звонили, рассказывали…

Честно говоря, ничуть не расстраиваюсь из-за того, что меня обхаивает Березовский, — я даже рад, что бранит человек с такой репутацией (согласитесь, нормального, здравомыслящего гражданина, который бы любил или хотя бы уважал беглого олигарха, нынче в России не сыщешь). С другой стороны, зная все, что я о нем сказал, Борис Абрамович оказался в куда более выигрышной позиции.

Не утверждаю, что предварительно Дмитрий Гордон предоставил ему возможность мое интервью прочитать, — просто опальный политик отслеживает любое упоминание о себе, и все материалы, где его имя даже мелькнуло, ему непременно кладут на стол. В результате БАБ получил преимущество, и этически это, конечно, неправильно — с какой стати последнее слово должно остаться за ним? Вот если бы Дмитрий позволил мне ознакомиться с ответами Березовского на его вопросы заранее, а потом наши откровения параллельно опубликовали — тогда дело другое. Ну да ладно: лучше позже, чем никогда…

К идее издать оба интервью отдельной книжкой я отношусь нормально, но в отличие от Гордона не считаю это нашей заочной дуэлью. Дуэль предполагает честную борьбу, а из уст Бориса Абрамовича доносится сплошная клевета: напропалую врет и все на сто восемьдесят градусов переворачивает — это я готов повторить где угодно и доказать по пунктам.

В беседе с Дмитрием он, например, опустил такую важную вещь, как убийство редактора русскоязычной версии американского журнала «Форбс» Пола Хлебникова, которое произошло в июле 2004 года. Тогда же вся пресса цитировала слова Березовского: дескать, погиб Пол «из-за неаккуратного обращения с фактами», а в интервью Гордону БАБ сообщил, что якобы выиграл судебный процесс против «Форбса» в Лондоне. Вранье: несмотря на то, что английский суд самый либеральный в мире и поиск доказательств возлагает полностью на ответчика, Березовский должен был проиграть.

Редакция журнала попросила меня тогда выступить прямо в суде — по ее вопросам я набросал речь страниц на двадцать, которую Хлебников направил в США. Там доклад перевели на английский язык, затем переправили обратно в Москву, перевели уже с английского на русский, в результате чего написанное я попросту не узнал — это был уже совершенно другой текст. По этому поводу я с Хлебниковым изрядно цапался и бодался, а вдобавок возникли проблемы финансовые. «Ребята, — сказал его представителям, — мне нужно проезд туда-сюда оплатить, нормальное жилье и какой-нибудь гонорар не помешал бы за то, что свое депутатское время на вас трачу», но они почему-то пожадничали.

Надо признать (может, и грех так говорить), что покойный Пол Хлебников был очень прижимистым. Книгу «Крестный отец Кремля» он практически с моих слов написал, и где только не брал у меня интервью — в Думе, на даче, в автомобиле. Я его, помню, подначил: «Ты мне хотя бы бутылку поставил — все-таки диктовал я тебе, если уж так, по-простому, Христа ради, причем ни на йоту не отступил от правды. Как акын — что знал, то и рассказывал». Единственное, на что он раскошелился, так это в гостиничном номере налил мне из своего термоса кофе.

Впрочем, я немного отвлекся. Узнав, что я собираюсь в Лондон, Березовский затрясся как осиновый лист. Ему было ясно, что в этом процессе я положу его на лопатки, но «Форбс» в последний момент дрогнул. Жаль — мы ведь уже исправили ошибки, которые появились в англоязычном варианте, я все оформил, разложил четко по полочкам…