Беременна от чужого мужа. Ты нам не нужен

Резко открываю глаза, услышав дверной звонок. Тянусь к тумбочке. Там лежит мой телефон. Хочу узнать, сколько сейчас времени и кто может в такой час ко мне примчаться.

Три часа ночи. Вроде бы никого не жду. Если у Арины какие-то проблемы… Она позвонила, предупредила бы. Знает ведь, что я часто бываю не одна.

Теперь кто-то буквально ломает дверь. Подруга такое уж точно не сделает.

– Дилара, что происходит? – поднимается рядом лежащий Камиль, садится на постели и сонно разглядывает меня. – Что вообще происходит? Какой сейчас час?

– Три часа ночи, – решаю не мямлить. Скрывать мне нечего, а бояться уж тем более. – Не представляю, кто там. Но если сейчас же не открою, то соседи вызовут ментов.

Встаю и натягиваю на себя ночную сорочку, босиком иду к двери. Отскакиваю назад, как только смотрю в глазок и вижу Глеба. Мой босс. Точнее, уже бывший босс. Он обанкротился, и компанию, где я работаю почти восемь лет, выкупил другой человек. И что ему понадобилось в моем доме?

– Что происходит? – спрашиваю я немного взволнованно. – Что, черт возьми, происходит? Как вы смеете в такое время ломать мою дверь? Да вообще, как вы смеете ломать ее?!

Он будто вовсе меня не слышит. Отталкивает в сторону и нагло заходит внутрь.

– Арина! Я знаю, что ты тут! Выходи! – орет он как бешеный.

– Арина? – буквально бегу за ним и хватаю за локоть. – Если бы Арина была здесь, я ни в коем случае не открыла бы вам дверь! Я не одна! Уходите прочь из моего дома!

– Не ври мне, сука! Ты такая же вертихвостка, как твоя подруга. Где, я спрашиваю, Арина?

Он отшатывается назад. И я не сразу понимаю почему. Камиль отталкивает его к дивану, затем бьет в челюсть так, что мой бывший босс падает на пол, ударяется головой.

– Следи за языком, придурок. Пошел на хрен отсюда! Еще раз увижу вблизи дома своей девушки – пинай на себя!

Все как в тумане. Я ничего не понимаю, не соображаю. Лишь думаю, как бы отцепить Камиля от Глеба, которого он убьет, не моргнув глазом. Потому что мой бывший босс бросает нецензурные слова в наш адрес.

Но все-таки удается Камилю выставить за дверь Глеба. Я иду в кухню, а Рахманин следом за мной. Сажусь на стул, обхватывая голову руками. Затылком чувствую сверлящий меня яростный взгляд Кама.

– Кто он?

– Босс. Вернее, бывший. Он обанкротился.

– Мне нет дела, что с ним произошло, – Камиль рявкает так, что я вздрагиваю и на глаза моментально наворачиваются слезы. В последнее время я слишком чувствительной стала и очень остро реагирую на каждую грубость не только любимого человека, но и друзей, и коллег. Рахманин никогда не позволял себе повысить на меня голос, однако сейчас его не узнать. – Почему этот сукин сын врывается в твой дом и обвиняет тебя черт знает в чем?!

– Он муж моей подруги, – я встаю с места и подхожу к Камилю. Настолько плотно, насколько это только возможно. – Брак у них не из самых удачных. Он…

– Ну понятно, почему брак у них неудачный. Мужик ищет свою жену в чужом доме посреди ночи.

– Не надо, Камиль, – качаю я головой. – Не надо так говорить. Арина очень хороший человек. Ты делаешь поспешные выводы. Был бы Глеб нормальным мужиком, жена не стала бы сбегать из дома. Да и кто отказывается от счастья? Он… Он ее вынудил выйти за него замуж.

– Что за чушь, Дилара? В каком веке мы живем? – заводится Рахманин еще сильнее. – И какой нормальный мужик обвинит свою жену в… Черт! Что за день сегодня такой.

Камиль потирает подбородок. Глаза его разбегаются. На лице ходят желваки. Он зол, но очень старается держать себя в руках и не взорваться.

– Если хочешь, то могу рассказать, – предлагаю я, обхватывая его голову руками. – Я же говорю, что он ненормальный. Вот и несет ерунду. Кам…

– Нет, Дилара. Мне нужно уйти. Иначе могу наговорить слишком много гадостей.

– Почему ты должен говорить мне гадости? Я ничего плохого не сделала, Камиль… – иду следом за Рахманиным, который уже натягивает на себя брюки.

– Ничего плохого не сделала? Что может быть хуже того, что чужой мужик врывается в твою квартиру посреди ночи?

– Я тебе сказала причину! Ты не можешь так со мной… Ты… Ты мне не веришь, да?

– Я верю собственным глазам. А они только что увидели не очень приятную картину, после которой я не хочу оставаться здесь, в этой квартире. Не звони мне, я сам выйду с тобой на связь, как только остыну. Ясно тебе?

– Камиль… – последняя попытка остановить его.

– Не надо, – выдергивает он руку из моей хватки и резко отстраняется. Пытается застегнуть пуговицы рубашки, но протолкнуть их через петлю получается не с первого раза.

Рахманини уходит и опять же повторяет, что не нужно ему названивать. Обидно до слез. Но я понимаю одно: хоть волком вой – это не поможет. Характер такой у Камиля… Его не переубедить так быстро.

Звоню Арине, но ее телефон вне зоны доступа сети. Мы легли с Камилем в одиннадцать, пару часов занимались любовью – и вот, в три утра проснулись. Теперь я не усну. Знала бы, где можно искать подругу, я бы обязательно поехала туда, несмотря на позднее время.