Беременна от брата жениха

Наступило утро. Самое солнечное и яркое, это утро не предвещало беды. Я медленно и неторопливо потянулась на широкой постели. Мягкая шелковистая ткань нежно укрывала мое влажное тело, и, когда я выгнулась от легкой истомы, оно чуть-чуть соскользнуло вниз, открывая мою обнаженную грудь. Тело, чувствительное ко всему, млело от прикосновений к шелковым простыням, а после бурной утренней зарядки я и вовсе едва шевелила кончиками пальцев на ногах. Сладко улыбнувшись, я прикрыла нагое тело скользящим покрывалом и попыталась снова уснуть, пока в ванной только начинала шуметь вода. 

Однако, уснуть более не удалось. Шум в ванной заставил меня вспомнить о том, что полчаса назад мы вытворяли на этой самой постели. А точнее, что вытворял со мной жених и в каких позах он брал меня... Почувствовав, как розовеют мои щеки, я ощутила легкое покалывание и томление там, чуть ниже живота, куда совсем недавно позволяла прикоснуться Андрею. Его руки доставляли такие ласки, выстоять против которых у меня не было шансов, и я не сопротивлялась – изгибалась под его горячим телом, кричала и путалась в напрочь сбившихся простынях, а затем вновь кричала…

Так началось наше очередное совместное утро.

Андрей наверняка не выйдет из душа еще минут сорок, и воспоминания заставили меня вновь потянуться пальчиками к возбужденной плоти. Я скучала по его ласкам, мне было чертовски мало любимого и того, что он дарил мне по утрам и вечерам вот уже несколько лет. Когда любишь – тебе всегда мало, ведь так? Особенно это сказывалось после бурных ночей, ведь те самые эротические воспоминания неистово возбуждали меня по утрам, ведь, к сожалению, Андрею приходилось уезжать на работу, а мне - в университет. Защита диплома была на носу.

Прикусив нижнюю губу, я добралась до живота и вскоре прикоснулась к самому сокровенному месту, тут же издав судорожный вдох. Я не заметила, как быстро нежные пальчики прошлись по чувственным складкам, а другой ладонью я с наслаждением сжала собственную грудь, следом погладив сосок. В памяти я прокручивала наше страстное утро и то, как сегодня особо нежно взял меня Андрей.

Хотя солнечные лучи и пробивались сквозь щели темных штор, но все же зашторенные окна придавали комнате атмосферу ночи. Я прикрыла глаза и принялась ласкать себя, все это время представляя Андрея вместо своих рук.

Разрядка была так близка, а напряжение подходило к своему логическому концу, когда вместо стона я смогла издать только мычание, а на своем теле я почувствовала тяжесть.

Сердце ухнуло.

Я тут же вскрикнула, когда чьи-то очень горячие руки накрыли мой рот, а меня вжали в матрас. Грубо, с силой, но не больно. Я распахнула глаза, но не увидела в интимном полумраке ровным счетом ничего. А когда мои глаза начали различать знакомые мужские формы, на меня тут же набросили покрывало, и мое сердце начало биться с удвоенной силой.

А затем внезапная догадка пронзила меня: Андрей, наконец, решил не нежиться в душе по часу и более. Он захотел сделать мне сюрприз, забравшись на постель с ролевыми играми, и я перестала сопротивляться, поддавшись его желанию внести разнообразие в нашу жизнь. Я поняла, что он специально не выключал воду в душе, чтобы бесшумно подкрасться ко мне и уличить в собственных ласках...

Он и уличил.

Тем временем его руки были очень горячие и немного влажные, он все-таки успел ополоснуться. Не прошло и секунды, как шелковое покрывало больше не скрывало мое обнаженное разгоряченное тело - оно тотчас же было накинуто мне на голову, а между ног я почувствовала горячую ладонь. Когда глаза человека перестают выполнять свою функцию, то в дело вступают тактильные ощущения и осязание, и это чертовски, чертовски возбуждало. Я не видела - я чувствовала, и ощущения оттого обострялись в сотни, в сотни раз!

Его пальцы проникли в меня немедля, и какая-то обескураженность на время заставила меня застыть. Андрей не любил торопиться, а перед сексом у нас всегда были долгие ласки, которые порой раздражали меня, но сейчас же он не терял ни секунды, доводя мое возбуждение до предела новыми методами, глубокими и быстрыми проникновениями пальцев...

И вскоре я издала стон, а затем еще один, и еще...

__

Когда руки Андрея требовательно раздвинули мои ноги, я не сопротивлялась, сходя с ума от нереального возбуждения, витавшего в воздухе. К счастью, покрывало продолжало скрывать мои глаза, ведь при свете дня мне было бы стыдно поддаваться такому настойчивому разврату. Я бы никогда не делала этого... Я бы никогда не раздвинула ножки самостоятельно, притягивая к себе горячее тело жениха, только вышедшего из душа.

- Боже, Андрей...

Его руки легли на мои бедра и сжали их - ему всегда нравилось, когда я называла его имя между стонами. В следующую секунду его рука легла между ног, и он резко ввел в меня два пальца, заставляя вскрикнуть. На мой рот тут же легла рука, но я не чувствовала его кожу сквозь простынь.