Бенони

Между берегом и домом Бенони раскинулся лес. Это не его лес, это общинный, большой смешанный лес, из хвойных деревьев, берёз и осин.

Летом, примерно в одно и то же время, жители двух соседних приходов заявляются сюда, валят и рубят деревья, управившись, развозят дрова по домам, и лес снова затихает на целый год, а зверьё и птицы снова обретают покой. Изредка какой-нибудь лапландец1 пройдёт лесом из одного прихода в другой. Если не считать лапландцев, один только Бенони шагает через лес что зимой, что летом, хоть в сушь, хоть в дождь, как придётся, парень он крепкий и рослый, перед трудностями не пасует.

Вообще-то Бенони рыбак, как и все на побережье, но помимо того он ещё носит почту, через гору, раз в две недели, а за эту работу получает хоть и маленькое, но твёрдое жалованье. Далеко не все получают каждые три месяца твёрдое жалованье от государства, вот почему Бенони тут вроде как первый парень на деревне среди ровесников. Бывает, конечно, что один либо другой вернётся с моря после удачной путины и будет шататься по дорогам и посвистывать, гордясь своей добычей, и требовать к себе уважения. Но такого уважения хватает ненадолго. Слишком длинные столбцы цифр стоят под именами этих славных ребят в долговых книгах торговца Мака из Сирилунна, и после того как они заплатят Маку свой долг, у них ничего не остаётся, кроме воспоминания о том времени, когда они ходили да посвистывали. А вот Бенони неизменно из года в год шагает по дорогам с королевской почтой на спине и неизменно остаётся первым парнем на деревне, да вдобавок каким-никаким, а начальством с замком и со львом на почтовой сумке.

Однажды утром шагал он по общинному лесу, хотел перевалить через гору, а на дворе было лето, и лес кишел людьми, которые пришли запастись дровами. И была среди них дочь соседнего пастора в шляпке с перьями.

— А вот и Бенони, ну, теперь у меня есть попутчик, — сказала она. Звали её Роза.

Бенони поздоровался и сказал, что, если ей угодно с удовольствием её проводит.

Она была девушка гордая, Бенони хорошо её знал — она подрастала у него на глазах, но прошёл уже целый год с тех пор, как он видел её в последний раз, не иначе она куда-то уезжала. А в доме у пономаря Арентсена подрастал сын, светлая голова, и сын этот уже много лет изучал право на юге. Вполне может быть, что, когда Розы не было дома, она ездила повидать молодого Арентсена. Толком никто ничего не знал, Роза не любила много разговаривать.

Да, у ней было много своих маленьких тайн, она жила сама по себе, своим умом. Вот, например, сегодня ей не иначе пришлось отправиться в путь около четырёх утра, чтобы к восьми оказаться в общинном лесу. Такая она была надёжная и неробкая. Отец у Розы был мужчина крупный и гордый, всё свободное время он отдавал охоте и ловле всякого зверья. А вдобавок он славился своим красноречием.

Так они прошагали час и другой, Бенони и Роза, толковали по дороге о всякой всячине, и Роза расспрашивала его о том и о сём. Потом они присели отдохнуть. Бенони разделил с ней лепёшку, она с удовольствием съела свою долю, чтобы уважить Бенони. Прошагали ещё часок, а тут хлынул тёплый проливной дождь, и Роза предложила куда-нибудь укрыться. Но Бенони, разносчик королевской почты, не мог себе позволить такую трату времени. Пошли дальше, Роза начала оскальзываться на мокрой земле и шагала уже не так бойко.

Бенони окинул её взглядом и сжалился. Поглядев на небо, он прикинул, что дождь скоро перестанет, и сказал, чтобы угодить ей:

— Если барышня желает, можно укрыться под обычной горкой.

Они нырнули под выступ скалы, и там оказалась опрятная пещера.

— Здесь можно отлично переждать, — сказала Роза, забираясь поглубже в пещеру, — вот если бы ещё вдобавок сесть на твою сумку со львом.

— Вот этого я никак не смею, — сказал удручённый Бенони, — но если барышня не побрезгует старой курткой...

С этими словами Бенони скинул куртку и расстелил на земле, чтобы дама могла сесть.

«Какой прыткий», — верно, подумала она со своей стороны, и вполне может быть, что Бенони произвёл на неё приятное впечатление. Она начала шутить с ним, выспрашивать, как зовут его девушку.

Когда миновало десять минут, Бенони вышел из-под навеса и снова испытующе поглядел на небо. А тут как раз шёл мимо один лопарь и увидел Бенони. Звали лопаря Гилберт.

— Дождь всё идёт? — спросил Бенони, чтобы не молчать. Он был несколько смущён.

— Да нет, небо вроде ясное, — отвечал лопарь. Бенони вынес из пещеры свою куртку и почтовую сумку, пасторская дочь вышла следом.

А лопарь стоял и глядел очень внимательно...

Потом лопарь Гилберт спустился к морю, принёс свою новость в посёлок и не обошёл стороной даже лавку в Сирилунне.

— Эй, Бенони, — начал с того дня подшучивать народ, — ты что это делал в пещере с пасторской дочкой? А? Ты вышел оттуда полуголый да разогретый, и куртки на тебе не было. Как это прикажешь понимать?

— Так и понимай, что ты старый сплетник, — отвечал Бенони, будто взаправдашнее начальство. — Попадись мне только этот лопарь!..