Белый туман

Прежней жизни больше не существовало. Все рухнуло утром двенадцатого сентября 1820 года, а она даже не почувствовала приближения беды.

Леди Элинор Уиклифф, внучка герцога Уэстовера и наследница - ни много ни мало - одного из самых знатных семейств в Англии, воспитывалась так же, как и многие ее сверстницы. Она вела спокойное, беззаботное существование, в котором от нее не требовалось ничего, кроме умения делать аккуратные стежки и быть приятной в общении. Еще задолго до того как Элинор переступила порог классной комнаты привилегированного частного пансиона мисс Эффингтон для благородных девиц, ей внушали, что все, к чему она должна стремиться в жизни, - это удачно выйти замуж, стать любезной и гостеприимной хозяйкой дома и подарить своему пока еще неведомому будущему супругу пока еще не рожденного, но столь долгожданного наследника мужского пола.

«Сядьте прямо, мисс.

Вы должны двигаться плавно, дорогая, а не расхаживать крупными шагами.

Держите пальцы вот так, когда разливаете чай».

Постоянно нашептывали ей со всех сторон дамы постарше, чьей единственной целью было пробудить в юной особе от двенадцати до двадцати двух лет от роду унизительное чувство страха перед мыслью окончить свои дни в одиночестве, подобно сестре такого-то и такого-то или племяннице лорда Как-его-там, этим несчастным, отверженным обществом, известным всем как… старые девы.

Дрожь по телу.

Впрочем, Элинор имела в этом отношении одно явное преимущество. В отличие от бедняжек, чьи браки были устроены родней, иногда даже не удосуживавшейся представить невесте будущего жениха (как в случае с ее лучшей подругой по пансиону, мисс Амелией Баррингтон, которая за два года до того навсегда связала свою судьбу с излюбленным партнером ее отца по игре в вист), Элинор еще с четырехлетнего возраста было обещано, что со временем она сама сможет выбрать себе спутника жизни. Едва начав выезжать в свет, она сделала все от нее зависящее, присматриваясь и подыскивая наиболее достойного, пока не нашла наконец человека, с которым ее объединяли общие интересы, который относился к ней с неизменной добротой и к тому же мог предоставить ей роскошный дом вместе со всеми привычными для нее удобствами.

Ричард Хартли, третий граф Херрик, был красив, вежлив, и его репутация не подвергалась сомнению в самом изысканном обществе. Он много и с удовольствием читал и, как и она сама, обладал тонким музыкальным слухом. Он намеренно не поправлял Элинор, когда та произносила какое-нибудь слово иначе, чем он, и прислушивался - притом вполне искренне - к тому, о чем она говорила. Без сомнения, они могли отлично поладить друг с другом, и, что было особенно важно, загородный дом Ричарда, Херрик-Мэнор, находился всего в двух милях от резиденции герцогов Уэстоверов в Уилтшире. Все это, вместе взятое, делало его в глазах Элинор самым приемлемым претендентом на ее руку.

До чего же забавно, думала тогда Элинор, что судьба свела их именно в Лондоне, так далеко от дома, тогда как их семьи были соседями в течение многих поколений. В глазах девушки это являлось еще одной причиной, почему ей и Ричарду следовало соединить свои судьбы.

Однако Кристиана, судя по всему, эти доводы отнюдь не убеждали.

Кристиан Уиклифф, маркиз Найтон, старший брат Элинор, двадцать лет назад ставший после внезапной кончины отца главой семьи, с самого начала отнесся к этой партии не слишком благосклонно. Впрочем, сам он объяснял это тем, что ее выбор слишком скоропалителен, а решение необдуманное - ведь, в конце концов, это ее первый сезон в обществе.