Белые раджи

Gabrielle Wittkop

Les Rajahs Blancs

Перевод с французского Валерия Нугатова

Благодарим Николя Делеклюза за помощь в подготовке этой книги. Qu'il soit permis à l'éditeur d'exprimer la plus profonde gratitude à monsieur Nikola Delescluse dont l'assistance amicale a rendu possible la parution du présent ouvrage.

Исторический роман - один из самых необычных жанров: приукрашая накладными ресницами реальность, он выделяет крупицы правды сквозь самые неожиданные поры. То ускользает от своего автора и сообщает нам больше о духе времени, нежели о психологии персонажей, то увлекает своеобразным стилем, не прибегая к натуралистическим эффектам для достижения правдоподобия.

Габриэль Витткоп родилась в Нанте в 1920 году и была воспитана в атмосфере вольнодумства, которого придерживалась со спокойным и веселым усердием вплоть до своей кончины в декабре 2002 года. Ее немногочисленные, но великолепно написанные книги посвящены серьезным темам - садистский аморализм, животная ненависть к иудео-христианскому рабству и комплексу вины, утверждение и демонстрация эстетики, поэтизирующей общественный упадок и разложение живых существ, - которые у одних вызывают восторг, а у других неприятие. Роман «Белые раджи», впервые опубликованный в 1986 году, на первый взгляд может показаться нетипичным, если не сказать второстепенным, для столь противоречивого автора. Но, прикрываясь романтикой, историческими событиям и экзотическими приключениями, эта книга ничуть не растрачивает свой яд и, по большому счету, является обязательным чтением.

Получив приличное наследство, но рано потеряв интерес к светской жизни Лондона, юный Джеймс Брук отправляется в конце 1838 года в путешествие на Борнео - остров с весьма неопределенными политическими очертаниями. В следующем году, в результате сложного стечения обстоятельств, а также вследствие врожденного прагматизма («он ненавидел ложь, но при этом был двоедушен»), Брук захватывает Саравак и основывает династию Белых раджей, которая больше столетия будет вершить судьбами плодородных земель на севере острова, оспариваемых то Британской короной, то кровожадными малайскими пиратами.

Его преемники - «строитель» Чарльз с лицом, изрытым оспой, и душой, напуганной утратами и забвением, а затем Вайнер, добродушный жуир и эстет, начисто лишенный как злобы, так и политического чутья, - станут всего лишь игрушками в руках всевластного коллективного рока. Их окружают женщины и придворные, противники и мятежники, множество «одиночеств», над которыми господствует экзотическая и враждебная природа, остающаяся в конечном итоге единственным третейским судьей.

Мастерски проводя читателя сквозь авантюрно-исторические хитросплетения, которыми ознаменовалось целое столетие британского колониализма, - одного этого достаточно, чтобы назвать «Белых раджей» превосходной исторической и семейной сагой, - Витткоп демонстрирует, как всегда, восхитительную манеру письма, что изобилует стилистическими озарениями и психологическими наблюдениями, потрясающими своим изяществом и точностью.

Беззаботный цинизм, проистекающий то ли из цивилизованного отчаяния, то ли из обостренной радости жизни, придает персонажам столько человечности, что мы поневоле привязываемся к этим людям, которые стремятся превратить свою жизнь в приключенческий роман и слишком поздно, уже перед лицом смерти и окончательного крушения своих надежд и утопических замыслов, осознают, что обречены остаться лишь вымышленными персонажами, жертвами сложных исторических механизмов человеческого общества и забавной абсурдности личных судеб.

Бенжамен Фо

Бьянки вышла на авансцену и, взметнув к колосникам едкую до-мажор, возвестила о том, что хочет умереть. Над залом нависала духота, разрезаемая лезвиями холодного воздуха, от которых дрожали люстры. В вышине, посреди растительных узоров и позолоты потолка, раскинулись в своей сливочной наготе аллегории. А в прозрачном сумраке лож, на бледных вздрагивающих плечах поблескивали бриллианты, и руки в белом шевро терзали модные в ту пору маленькие округлые веера. «Moriiiiiiiire», - пылко уверяла Бьянки.