Бедовая семейка

Шон

Рейс Лондон – Лос-Анджелес. Одиннадцать часов полета! Мы летели домой. Наш самолет дважды попадал в зону турбулентности, чем сильно напугал мою молодую жену. В салоне было темно, лишь тусклый свет освещал проход между рядами, где сидели пассажиры. Чей-то ребенок вопил уже несколько часов. Через пару минут свет все-таки включился, и милый женский голос из динамика сообщил о том, что мы идем на посадку. Дежурные фразы о ремнях безопасности и просьба выключить гаджеты.

Я легонько прикоснулся губами к виску Молли. С самого утра она мучилась мигренью, ее постоянно тошнило, а настроение менялось несколько раз в минуту. Коснувшись губами ее лба, убедился, что у нее нет температуры. В это время года подхватить простуду легче, чем пукнуть. Поездка была испорчена постоянными ливнями. Мы не попали во многие места, которые мечтала посетить моя супруга. Но я обещал ей, что летом мы вернемся и обязательно покорим Туманный Альбион.

Пристегнув Молли, я накинул ремень и зажмурил глаза. Если быть откровенным, я до ужаса боялся самолетов, но признаться в этом Молли просто не мог. Зная ее привычки, великолепные манеры и чувство юмора, я был уверен, что она будет ржать и издеваться надо мной до конца моих дней. Посадка была не мягкой. Шасси скользили, самолет страшно гремел, казалось, что еще минута, и огромный металлический монстр разлетится, разбрасывая гайки и болты. Я хмыкнул, вспомнив о своем старом Форде.

После очередного скачка мы все-таки остановились. Молли открыла глаза и потерла их маленькими кулачками.

– Мы живы? – испуганно оглядывалась жена. – Или это ад?

– Все в порядке, малыш, – улыбнулся, глядя в черные глаза. – Мы дома.

За две недели нашего неудачного отдыха, Молли очень сильно изменилась. Она как будто стала старше и спокойнее. Несмотря на жуткие ливни, нам удалось посетить Тауэрский мост, покататься на двухэтажном автобусе и даже посетить бар, в котором нам рассказали историю о самом страшном серийном убийце.

Мы узнали, что рабочие районы викторианского Лондона были не самыми жизнерадостными местами на свете. Там царили нищета, антисанитария, грязь и разврат. Именно в такой атмосфере разворачивалась одна из самых зловещих легенд Великобритании. История Джека-Потрошителя.

Молли была в восторге потому, что в конце рассказа нам сообщили, что мы находимся в том самом баре, где маньячило высматривал будущие жертвы. Ими были исключительно женщины не очень тяжелого поведения. Молли была так счастлива, что я немного засомневался в ее адекватности.

Все это было в огромном списке моей любимой женщины, который был записан в фиолетовый блокнот с нашим совместным фото. Подарок Хьюго. Танцующий мальчик отличался оригинальностью, и потому на фото у меня красовался фиолетовый рог, а у Молли пурпурные крылья. Почему рог именно мне? Хотя с крыльями я бы выглядел еще уродливее.

Повсюду, во всех магазинах моя малышка покупала розовые побрякушки. В ее ручной клади лежали две отвратительные пижамы. Комбинезоны с рогами, ушами на капюшонах и розовыми хвостиками на жопах. Самое унизительное было в том, что один комбидресс был куплен для меня. А еще там были тапки. У меня с покемонами, а у Молли с зайчиками. Она радовалась этим покупкам больше, чем комплекту от Tiffany & Co, который я купил ей в первый же день отпуска.

Каждый вечер Молли закрывалась в ванной комнате нашего номера и о чем-то шушукалась с моей матерью. Та клятвенно заверила, что к нашему приезду дом будет отремонтирован и обставлен именно так, как хотела моя жена. Наконец-то! Раньше я не знал, что у меня есть мечты. Но оказалось, что я мечтал остепениться, иметь свой теплый и уютный дом. Но самая важная мечта, сейчас сидела рядом со мной, вцепившись в неудобный подлокотник.

Я улыбнулся, глядя на бледное лицо моей детки, и крепко сжал ее ладонь.

– Ну что, миссис Пейтон? Готовы к новой жизни?

– Как никогда, мистер Пейтон! – твердо ответила молодая супруга.

Битый час мы стояли в огромной очереди за багажом. В аэропорту было шумно и душно. Лицо Молли было белее снега. Она постоянно хваталась руками за голову и щурила черные глаза. И вдруг ее ноги подкосились. Я рванул вперед и успел схватить ее.

– Эй, солнышко, – я испугался не на шутку. – Может ну его к черту, этот багаж? Пусть доставят его позже. Ты неважно выглядишь. Может, в больницу?

Молли улыбнулась и провела рукой по моим волосам.

– Все в порядке родной, – стараясь выглядеть бодрой, ответила Молли, но ее голос был осипшим и больным. – Я просто устала ужасно. Мечтаю приехать домой, принять душ и лечь спать в свою собственную постель.

Через час мы все-таки дождались своих чемоданов, и, выйдя из аэропорта, поймали такси.

***

В доме горел свет, а на пороге, кутаясь в вязаную шаль, стояла мама.

– Ну наконец-то, вернулись мои дорогие, – улыбнулась она и обняла мою супругу. – Молли, ты будешь в восторге.