Байки деда Фомича

Как-то искал я вдохновения, так сказать, отвернулась от меня Муза. Чего я только не делал, чего только не испробовал – не шла мысль. В редакции же, требовали новых статей и сенсаций. А в голове была лишь одна мысль, вот напишу книгу, стану известным писателем, и брошу к чертям собачьим эту газету. Я бывал и в городах, и в селах. Брал интервью, записывал фольклор, как Шурик, из известного фильма, участвовал в различных театральных постановках, в реконструкциях боев, перечислять можно бесконечно. Спросите зачем? Все гениальное – просто. Я не мог придумать, о чем бы я хотел написать книгу. А написать ее хотел уже давно. И мне эта мысль не давала покоя, а честно говоря, мешала сосредоточиться на работе. Но для начала представлюсь. Меня зовут Алексей, мне тридцать пять лет. И я тружусь в редакции местной информационной газеты. Попутно подрабатывая на фрилансе написанием различных статей.

Поэтому, пока я не сошел с ума, решил уйти в отпуск раньше, чем планировал, и все-таки написать в этот период книгу. У супруги отпуск намечался, только через пару недель. Мысль о книге не давала покоя, и не выдержав моих «заскоков», жена отправила меня искать вдохновение в деревню, на дачу. Жили мы с Настёной в небольшом городке. Детей, как всегда, на лето отправляли в деревню. Сначала к ее родителям, а потом они переезжали в соседнюю деревню, к моим. Хоть с супругой мы и спорили часто, а вот в том, что деревенский воздух и природа, вдали от города, благотворно влияют на детей, так сказать, закаляют, мы сошлись. Может быть потому, что и сами были деревенскими, и росли не в шумном и пыльном городе, а в лоне природы.

С Настей, мы познакомились еще в юношестве, жили в соседних деревнях. Встретились на дискотеке, и вот уже десять лет, как супруги. У нас растут спокойный и рассудительный в маму, старший сын Ванечка, в этом году ему исполнилось девять лет, и вечно ищущая на голову приключения, в папу, Алиса, ей должно исполниться восемь, погодки они у нас. Настя, работала бухгалтером-экономистом в нашей газете. Поэтому всю закулисную жизнь журналистики знала, как свои пять пальцев.

– Езжай-ка ты, Лёша, на дачу. Все нервы истрепал со своей книгой. Или на рыбалку. И Сашку прихвати, а мы с Мариной, хоть отдохнем от вас, посекретничаем! – ворчала, супруга, когда я в очередной раз, тяжело вздохнув, удалил текст, который печатал весь день.

– И что я там один буду делать? – я-то и сам понимал, что мы творческие люди «с приветом», иногда подбешиваем и выводим из себя, людей мыслящих рационально, рыбалку я не любил, потому как считал напрасной тратой времени.

– Как что? Лёш, вспомни Л.В. Толстого, который творил на Красной поляне, М.Ю.Лермонтова, который вдохновлялся Кавказом, А.С.Пушкина, он любил золотую осень! Вот и ты побудь наедине с природой, может, что придумаешь! – воодушевляющее сказала она, конечно, мне лестно было сравнение с великими творцами, вот я и проникся ее идеей уехать на какое-то время за город.

Где и встретил, славного рассказчика Деда Фомича. На самом деле его звали Фома Петрович, а все местные называли его Фомич-баламут.

Небольшой домик, в деревне за сорок километров от города, мы приобрели совсем недавно, поэтому соседей я особо не знал. Поэтому дед стал для меня настоящим открытием.

Фомич, не смотря на свой почтенный возраст восемьдесят шесть лет, был на удивление проворным живчиком, любящим пропустить рюмочку и выкурить крепкую папиросу. А познакомились мы с дедом случайно, поздним летним вечером, когда я весь такой «городской», сидел в беседке с ноутбуком, пытаясь создать литературный шедевр, который должен был выбить меня в люди. Но писать, когда тебя бешено, грызут комары и мошки, а старенький ноутбук постоянно грозит вырубиться при первой возможности, потому что подключен к дряхлой пятиметровой переноске, мягко говоря, невозможно. Поаплодировав комарам добрых два часа, я с шумным вздохом закрыл ноутбук, и чуть не заорал нечеловеческим голосом, когда увидел напротив себя старика, лицо которого слегка было освещено уличным фонарем.

– Ну и шо это ты там тюкал? Думал ужо и не увидишь, уходить хотел. Это шо теперча такие машинки печатные делают? – спокойно спроси он.

– Вы кто? – сказать, что я был в шоке, это ничего не сказать.

– Дед Панкратий! – как-то с издевкой сказал он, и хитро сощурился, от чего возле глаз появились морщинки.

– Не понял? – я продолжал тупить, просто не мог понять, как мог дедок, так бесшумно подойти.

– Ох, молодежь, толи глухой ужо, толи дурной. Одним словом непутёвый какой-то! – прошамкал дед, впрочем, я на его слова даже внимания не обратил, уж сильно был впечатлен эффектным появлением незнакомого деда – Фома Петрович я, все меня Фомичом кличут!

– Алексей! – я в знак приличия протянул ему руку для пожатия, дед ответил и закурил.