Бархат (СИ)

Стояла невыносимая жара. На улице никого не было видно, ни людей, ни животных. Только одно жаркое испепеляющее солнце нещадно высушивало природу.

Джеймс Ален Реенсон шел медленным шагом, держа лошадь за поводья и наслаждаясь тенью от раскидистых веток деревьев. Из-за невыносимой убийственной духоты, парень скинул жилет и расстегнул две пуговицы на рубашке. Но его манипуляции с одеждой не принесли должного облегчения.

Так хочется почувствовать прохладу!

Джеймс подошел к дереву, попустив при этом поводья лошади и, повесив на небольшую ветку флягу с водой, прилег на зеленую шелковистую траву. Расслабившись, он закрыл глаза и начал строить планы на ближайшее будущее.

Сегодня был особенный вечер — его День Рожденья, которому он никогда не придавал особого значения. И он знал, что его друзья устроят ему что-то интересное и забавное. Как всегда это будет нечто такое, от чего ему захочется просто убежать с диким воем. И вот сейчас Джеймс лежал на траве и придумывал план побега с собственного праздника. Но его мысли были прерваны необычайно громким шумом. Не успел парень подняться на ноги, как услышал пару выстрелов. Он быстро побежал по дороге к своей лошади, и одним махом взобравшись на нее, поскакал галопом в направлении города.

Внезапно, на него налетела чья-то лошадь, и чуть было не выбив из седла, успела развернуться и поскакала прочь из города. Джеймс, почти не думая, быстро развернулся и умчался следом за преступником.

Ярость охватила его, как порыв пронизывающего ветра охватывает землю. Он ближе склонился к лошади, мчавшейся галопом, и услышал, что цокот лошадиных копыт звучит в унисон с бешеным стуком его сердца. Парень почти догнал его, но, внезапно прогремел выстрел и он увидел, что преступников оказалось несколько, и у каждого из них было оружие. Джеймс остановился и слез с лошади.

Он догадался, что они ограбили небольшой банк. Хотя, на этой недели выручка оказалась не большая, и денег в банке почти не было. Но, ему нужно было их остановить! Или, хотя бы задержать, пока не прибудет помощь и шериф Клиффенсон.

— Ей, парень, ты что, героем заделался? — со смехом спросил один их грабителей.

— Или хочешь наши деньги отобрать? — перебил его второй.

Все грабители дружно рассмеялись и посмотрели на Джеймса.

— Я, помощник шерифа Клиффенсона. Поэтому, будьте так добры, отдать деньги назад. Вернете — уедете целыми, — не торопясь ответил Джеймс и посмотрел по сторонам, так чтоб его взгляд не заметили.

Компания не отреагировали на его слова, и разразилась в ответ дружным хохотом. Но помощник шерифа заметил, что их уже окружили со всех сторон его друзья и сам шериф. Все были наготове.

И опять раздался выстрел. Кто-то не выдержал и начал стрелять раньше времени. Джеймс оказался в самом центре этого хаоса. Он попытался укрыться от пуль, но ничего не получилось. Одна пуля попала ему в руку. Испытывая ужасную пульсирующую боль, он закрыл глаза. Правая рука совершенно не слушалась, и создавалось ощущение, словно она вспыхнула обжигающим, мучительным пламенем.

Ну же, держись, ведь ничего страшного! Тут же перестрелка только в самом разгаре! — он старался о чем-то думать, пока перевязывал выше ранения руку.

Черт! Как болит! Не могу теперь нажать на курок. Прийдеться стрелять левой рукой… — выругался про себя Джеймс и взял пистолет в левую руку, постарался спустить курок.

Что ж, не то, что я ожидал, но и это сойдет!

Вдруг, он увидел, как один из преступников заскочил на лошадь, прихватив с собой деньги и пытается ускакать сам. Джейми, не долго думая, последовал за ним. Эта погоня длилась совсем не долго, но за это время они успели оказаться довольно далеко от перестрелки. Он еле держался в седле, точно прицелиться вдруг стало проблематично. Но сила воли не давала ему упасть и упустить преступника с деньгами. Незаметно для Джеймса, тот парень на ходу развернулся и выстрелил. Через минуту его уже не было, а Джеймс успел почувствовать сжигающую изнутри его боль и темноту.

Когда он очнулся, солнца уже не было. На землю медленно опускалась вечерняя прохлада. Боль не исчезла, а только усилилась. Он решил посмотреть, куда его ранили, и приподнял полностью окровавленную рубашку. То, что он увидел, ему не очень понравилось.

Ужасная слабость охватила все его тело, вплоть до скованных болью рук и ног. Очень хотелось пить и жутко знобило. Джеймс понимал, что долго не протянет. И когда его найдут, может быть уже слишком поздно: он потерял много крови и слабел с каждой минутой.