Азальгеш

Среди высоких гор бежит, шумит река Юрзуф. На берегу ее поныне видны на скале высокой, неподалеку от реки, мрачные развалины башни, а вокруг – следы могил, покрытых серыми камнями.

Здесь в старину жил Бурумир, могучий князь, с своей красавицей-женой. По склонам гор, в ущельях и долинах обитал его народ.

Княгиню горцы звали Азальгеш. Красивее ее не видали жен на свете. Ее голубые глаза горели, как звезды; волосы золотистою волной бежали по ее белоснежным плечам; улыбка ее алых губ была полна очарованья. Ее правая рука чудесным, волшебным свойством обладала: она светилася впотьмах… Азальгеш была добра и так же прекрасна душой, как и телом.

Бурумир похитил Азальгеш. Он примчал ее с далекого севера. Долго летел он с нею на своем славном вороном коне. Снежные метели и вьюги, словно в погоню, с воем и ревом неслись за ним с севера; снежные метели и вьюги бешено крутились за ним по бесконечным равнинам степным, порой обдавая его, как облаком, холодною снежною пылью. Бурумир в соболью шубку закутывал свою красавицу-невесту… И не догнали его северные вьюги и метели; умчался он от них с невестой на теплый, цветущий юг – в тот край благодатный, где вечно розы алеют и благоухает жасмин…

Красив был Бурумир, но мрачна была его красота. В народе его звали «железным»… Он был силен, высок и строен; волосы у него были черные, густые, как грива, и такие же черные, длинные усы и борода; смуглое лицо его дышало силой и темные глаза блестели, как горящие уголья. Вид у него был настоящий княжеский – воинственный и горделивый. Он носил красное платье, расшитое золотом, и алмазами горел его широкий золотой пояс…

Азальгеш не знала, что он был за человек. Он мог быть хороший человек, хотя ей и не нравились его темные, сросшиеся брови и выражение его тонких, крепко сжатых губ. Она согласилась быть его женой только с тем, чтобы он каждый день для своего народа делал добрые дела. Он нахмурил свои нехорошие брови и злой огонек сверкнул в его очах, как молния сверкает в темных тучах. Но, взглянув на прелестную Азальгеш, смело и открыто смотревшую ему прямо в лицо, он смирился и тут же страшной клятвой поклялся Азальгеш, что каждый день он станет творить добро для своего народа.

– Помни же, князь! – торжественно подняв руку, тихо промолвила Азальгеш. – У тебя в руках – сила, у тебя – власть. Ты можешь и должен делать добро… Эта земля в цветах и зелени создана не для того, чтобы человеческими слезами и кровью орошать ее. Ясное небо над нашими головами сияет так ласково и кротко не для того, чтобы – вместо тихих молитв и веселых, радостных звуков – возносились к нему с земли вечные жалобы и стоны… Помни! Небеса и земля слышали твою клятву… И небо тяжко покарает тебя!

Бурумир слегка вздрогнул и бледностью покрылось на мгновенье его смуглое лицо.

– Моя несравненная Азальгеш! – проговорил он, любуясь на ее лицо, пылавшее одушевлением. – Свет моих очей, мир души моей… Я – твой невольник, твой раб… Все, все – для тебя!..

– Сделай народ счастливым, а мне самой немного надо! – сказала Азальгеш. – Рабов, невольников не надо мне…

– Сделаю счастливыми всех! – в восторге повторял Бурумир.

Бурумир был человек свирепый и жестокий. Народ боялся и ненавидел его… Но бывают такие моменты, когда смягчается и самый лютый зверь. Под влиянием любви к Азальгеш, под влиянием взглядов ее кротких очей, Бурумир помнил свою клятву: мягче относился к людям и смирял порывы своего бурного нрава…

Они поселились в Долине Роз, в маленьком, прелестном дворце, утопавшем в зелени садов. Счастливо прожили они год… Народ успокоился и вздохнул свободно.

Бурумир был труслив и подозрителен, хотя хоронил свою трусость в душе глубоко. Опасно показалось ему жить в долине, посреди своего смиренного народа. С тайным страхом посматривал он с террасы своего дворца на пышные кусты роз, красовавшиеся в саду, и думал темную думушку: «Не ползет ли змея под этими кустами роз? Не кроется ли за ними враг?» С досадой и злостью взглядывал он иногда на свой густой, тенистый сад, на его великолепные, роскошные деревья. Они мешали ему смотреть на долину и наблюдать за тем, что делается там… «Под тенью их, быть может, скрывается какая-нибудь опасность?»

И Бурумир, наконец, решился свить себе гнездо, наподобие орлиного. Он задумал воздвигнуть башню на скале.

– Зачем же это? – спросила Азальгеш. – Нам было здесь так хорошо…

– Соседние народы войной мне угрожают! – ответил Бурумир.

Он повелел народу строить высокую, каменную башню, – и работа закипела мигом…