Автобиографические записки.Том 1—2

Творчество А. П. Остроумовой-Лебедевой, известного гравера-ксилографа, много работавшей также в технике акварели, занимает особое место в русском и советском искусстве. Ее дарование оформилось и развилось уже в первые годы XX века. Она была современницей таких признанных мастеров графического искусства, как В.А. Серов и М.А. Врубель, творческого расцвета художников, принадлежавших к обществу «Мир искусства», — А.Н. Бенуа, М.Б. Добужинского, Е.Е. Лансере, К.А. Сомова. И даже в этот период, прославленный высокими образцами книжной иллюстрации, акварельной живописи, рисунка, с именем Остроумовой-Лебедевой, как справедливо отмечают исследователи, связаны «самые значительные достижения русской станковой гравюры начала XX века»^{1}.

Своим талантом и трудом, а вся жизнь ее была настоящим подвигом во имя искусства, художница возродила в России древнее и самобытное искусство черно-белой деревянной гравюры, вернув ей значение самостоятельного произведения, независимого от задач репродуцирования. Она первая в России обратилась к цветной ксилографии, создав, по существу, заново специфические приемы и образный строй этого вида искусства, став его родоначальницей в нашей стране.

Произведениям Остроумовой-Лебедевой мы обязаны интересом к цветному эстампу, распространению и успеху его в советской графике.

Остроумовой-Лебедевой был свойствен высокий и редкий дар обобщения, умение свести всю многообразную пестроту художественных впечатлений к наиболее характерному в явлении, отобрать и синтезировать это характерное, сохранив в своей работе живую непосредственность чувства и поэтичность.

С юности художница стремилась к синтезу и упрощению художественных средств гравюры, видя ее достоинства в простоте и строгости. Она восхищалась мастерством и выразительностью искусства А. Дюрера и итальянских граверов XVI века, работавших в технике «кьяроскуро»; не менее сильным было и увлечение японской цветной ксилографией, дань которому принесли многие выдающиеся европейские и русские художники конца XIX — начала XX века. Остроумова-Лебедева пристально изучала произведения своих великих предшественников, желая достичь совершенства этих образцов. И хотя приемы гравирования, принципы колористического решения, которые она применяла в своих работах, были совершенно иными, многие особенности их мастерства оказались близки таланту Остроумовой-Лебедевой, обогатили ее дарование, расширили диапазон творческих исканий.

Черно-белые и цветные гравюры Остроумовой-Лебедевой никогда не поражали зрителя нарочитой виртуозностью. Ей, как художнику, было чуждо и стилизаторство, столь модное в начале века. В группе «Мир искусства» она вместе с Е.Е. Лансере, З.Е. Серебряковой, С.П. Яремичем и некоторыми другими художниками примыкала к тому крылу, в котором наиболее стойко удерживались принципы реализма.

Листы Остроумовой-Лебедевой всегда строги, лаконичны по характеру исполнения, лиричны и поэтичны по настроению. Им присущи лучшие качества станковой ксилографии — выразительный силуэт, упругая, «живописная» линия, декоративность и тонкая цветовая гармония. Недаром уже современники считали произведения художницы воплощением безукоризненного чувства стиля и тонкого вкуса^{2}.

В истории русского искусства начала XX века имя Остроумовой-Лебедевой связано с архитектурными пейзажами Петербурга — Ленинграда, красота ансамблей которого вдохновляла ее творчество на протяжении всей жизни.

Немало русских художников было очаровано Северной Пальмирой. Молодую столицу России воспевали и поэты, и живописцы, и рисовальщики, и граверы. Строящиеся «прешпекты» и деловитую, усеянную кораблями Неву изобразил в гравюрах еще М.И. Махаев, величавое спокойствие столицы показал в своих «видах» Ф.Я. Алексеев, таинствен и романтичен был город в пейзажах М.Н. Воробьева.

Художники начала XX века как бы заново открыли для себя красоту Петербурга, совершенство творений Растрелли, Росси, Кваренги, Воронихина. Но если одни из них, как Добужинский и Лансере, восхищаясь немеркнущей прелестью архитектуры классицизма, подчеркивали в своих работах контраст ее красот с шумом, суетой и грязью современного буржуазного города, то Остроумова-Лебедева стала певцом величия и строгой красоты Петербурга — Ленинграда. Именно ей открылась прекрасная «душа» города, созданного гением многих поколений. Ее произведения, посвященные Петербургу, незабываемы. И первые работы, исполненные в 1901 году, в которых она уже ищет свое видение города, и ставшие в наши дни классическими листы, выполненные в 1908–1910 годах, и полные радостного жизнеощущения произведения 1920-х годов, и пейзажи Ленинграда военных лет, в которых появляются такие редкие в прежних работах изображения людей, ее мужественных и презиравших смерть земляков, — все они вошли в золотой фонд русского искусства.