Отражение астрономических познаний Толкина в его творчестве (СИ)

Доклад, прочитанный на 5-м толкиновском семинаре в Санкт-Петербурге в 2007 г.

Во многих произведениях художественной литературы встречаются описания разнообразных астрономических явлений. В этих описаниях, в зависимости от компетенции автора, могут встречаться ошибки, разрушающие "достоверность вторичного мира", созданного писателем. Как один из примеров укажем книгу В. Лепилова "Литература и астрономия" (Астрахань, 1991), в которой автор критически рассматривает астрономические фрагменты в основном из произведений русских и советских классиков.

Как известно, Дж.Р.Р. Толкин с детства интересовался астрономией. Об этом он пишет в эссе "О волшебных сказках":

"В те (я едва не написал "счастливые" или "золотые"; а на самом-то деле горькие и тяжкие) времена мне нравилось еще много чего другого - ничуть не меньше, а то и больше: например, история, астрономия, ботаника, грамматика и этимология" [1]

Почти то же самое Толкин повторяет в небольшой заметке, опубликованной в сборнике "Приступы вкуса":

"В подростковом возрасте меня больше привлекали научные издания, особенно по ботанике и астрономии"[2]

Дочь Толкина Присцилла также вспоминает о глубоком интересе отца к астрономии; о том, как отец побуждал ее саму и ее братьев расширять круг своих увлечений, о телескопе, подаренном Кристоферу, и как они изучали через него звезды, о том, как отец рассказывал детям о затмениях солнца и луны, о планетах и их спутниках[3].

Не удивительно, что Толкин использовал свои астрономические познания при написании текстов, относящихся к "ардическому циклу" и не только. Насколько объективно глубоки были его познания в астрономии, судить сложно, в связи с недостатком информации, например, о программах школьных и студенческих курсов астрономии начала ХХ века. Но известно, что он умел пользоваться астрономическими таблицами[4], мог делать несложные расчеты и следил за текущими астрономическими явлениями (к примеру, можно упомянуть о лунном затмении 8 декабря 1927 года в сказке "Роверандом"[5]). Поэтому какие-то выводы о глубине астрономических знаний мы можем строить лишь на анализе имеющихся текстов.

Толкин с присущей ему текстовой педантичностью использовал в своих книгах астрономию для придания большей достоверности и реалистичности описываемым событиям. Особое внимание Толкин уделял этому вопросу при написании "Властелина Колец". Но безупречны ли эти фрагменты?

Исследователи творчества Толкина акцентируются в основном на фазах и видимости луны, календарях как таковых (календарная проблема относится к астрономическим) или названиях небесных тел и созвездий, а остальные явления, за редким исключением картин звездного неба, практически не рассматривают. Однако луной, календарями и созвездиями всё богатство астрономических явлений в книгах Толкина не исчерпывается.

Оставим в стороне космологические мифы о происхождении Солнца, Луны[6], Венеры, звезд и их движении, философские воззрения на место Земли-Арды в космосе, а также хорошо изученную луну во "Властелине Колец" (известно, что Толкин переделывал целые главы ради согласования фаз и времени восходов луны).

В настоящей статье будет рассмотрено только несколько явлений, которые явно или скрыто встречаются на страницах "Властелина Колец", "Хоббита", "Неоконченных преданий", а также на рисунках Толкина. Понятно, что статья не рассчитана на астрономов-специалистов, поэтому вдаваться в термины и жонглировать ими мы не станем. Но и упрощать до предела - тоже. Надеемся, что читатель еще помнит школьный курс астрономии и в силах отличить планету Марс от одноименного шоколадного батончика.

Для начала необходимо определить географические координаты местностей, где происходят ключевые для нас события. Немецкий исследователь Андреас Мён убедительно показал[7], что карта Средиземья имеет псевдоцилиндрическую проекцию, что позволяет довольно точно наложить на карту координатную сетку. Основные реперные точки указаны самим Толкином в письме 294: