Асимметричный ответ Путина

…Деда Хасана убили, но главный пахан, в Вашингтоне, жив и здрав. Недовольный заявами оборзевшей Москвы, он поставил Россию на счетчик. Только блатным языком преступного мира можно адекватно описать «хасидское решение» американского суда, обязавшее Россию отдать группе американских хасидов Хабада часть своего национального достояния — коллекцию еврейских книг из Ленинки. «Это мы решаем, что вам принадлежит! Вы попали на деньги!» — сказал вашингтонский дед Хасан России. «Будете башлять полста косых гринов в день, пока все не отдадите!»

Чтобы не возвращаться, скажем сразу — эти еврейские книги, т. н. «библиотека Шнеерсона», принадлежат России так же законно и абсолютно, как полотна Третьяковки и Эрмитажа. Когда-то, до Октябрьской революции, они принадлежали известному еврейскому гуру «любавичскому цадику», но в те времена еще и Шереметьево принадлежало графу Шереметьеву. Если отдавать книги американским евреям, надо сперва отдать московский аэропорт — потомкам графа.

Пока Россия не завоевана, не вашингтонскому суду решать, как будет Россия распоряжаться своим культурным наследием. Иначе московский Басманный суд прикажет американцам вернуть картины Леонардо из Вашингтонской Национальной галереи — в Италию, а северную Калифорнию — отдать потомкам русских поселенцев Форта Росс, кстати, переселившимся в Россию в 19-м веке. Ясно, что решения такого рода можно принимать только в отношении вассальных, покоренных и оккупированных народов. Этим решением американцы пытаются утвердить свой верховный суверенитет над Россией.

Хасидский прецедент— это второй звонок, прозвеневший вскоре после первого — акта Магнитского, который узаконил право Америки свободно конфисковать имущество русских граждан за рубежом. Теперь хасидский прецедент распространил это «право» и на собственность российского государства в самой России.

Русский читатель мог подумать, что акт Магнитского касался лишь сирот. Американские агенты влияния свели его обсуждение к одной контрмере. Они долдонили, что, мол, кровавый режим Путина совершил еще одно злодеяние, лишив детей шанса на счастливое детство, которое возможно только в Америке. Как обрыдался Константин Эггерт: «Возможно, всего один малыш в результате этого никогда не прочитает книжку про Винни-Пуха, не задует свечки на именинном торте, не пойдет или не поедет на инвалидной коляске в школу, а потом и в колледж под аплодисменты новых родных из какого-нибудь Техаса или Калифорнии». Его судьба будет на совести бяки Путина, ай-ай-ай! Ему справедливо возражала Мария Арбатова, что благодаря этому закону хотя бы одного малыша не разберут на запчасти и не продадут на органы.

Сам акт Магнитского почти не обсуждался. А ведь американский закон создал механизм, по которому можно конфисковать собственность русских граждан в любом месте — от Абрамовича в Лондоне до Иванова в Таллине. Хотя прямой текст этого акта позволяет, казалось бы, захватить собственность лиц, прямо связанных с делом адвоката Магнитского, то есть тюремщиков и следователей, но его формулировка позволяет американской администрации захватить собственность любого гражданина РФ без суда. Президент США имеет право расширять этот список по своему усмотрению: недаром этот список так и не был опубликован.

Итак, механизм закона Магнитского позволяет захватить любую частную собственность россиян, а прецедент «библиотеки Шнеерсона» позволяет захватить любой государственный авуар, в том числе Стабфонд. Вместо надежной инвестиции российская собственность стала заложницей примерного поведения российских властей.

Так в течение месяца с небольшим США заявили о своем праве захватить как государственные активы РФ, так и частные авуары россиян. Это серьезная проблема. За границей находятся многие миллиарды авуаров русских граждан. Эти авуары иногда представляются гарантией послушного поведения россиян относительно Запада. Зигмунд Бжезинский сказал: «Since $500 billion owned by Russia's so-called elite is held in our banks, you should first understand whose elite it is!» («Российская т. н. элита держит 500 миллиардов долларов в наших банках. Призадумайтесь, чья это элита»). Закон Магнитского напомнил этим российским гражданам, что их авуары крайне уязвимы. Закон создал правовую базу, по которой решением президента собственность любого российского гражданина может быть «заморожена», отчуждена и конфискована. Вроде бы и раньше это подозревали, но сейчас это стало видимо и ясно.