Ашната

– Ой, – вскрикнула она от неожиданности.

Капелька багровой крови упала на землю. Влажная земля сразу приняла каплю крови: разве она разбирает, где капля росы, где капля дождя, а где капелька крови…

– Вот почему я не хотела выращивать розы в саду! – вставая, сказала она. – Возиться с ними сущее наказание, а в благодарность человек получает острые шипы.

– Что случилось, мам? Ты снова укололась? – послышался приятный девичий голосок.

– Посмотри, опять твоя красавица пустила мне кровь, – улыбаясь, ответила женщина и перевязала палец. Часто работая в саду, она уже давно привыкла носить в кармане пару-тройку пластырей.

– На то она и красавица, чтобы отращивать шипы, а потом ими пугать людей, – девушка присела на корточки, чтобы хорошенько рассмотреть утреннюю гостью чайного цвета, которая только что распустила свой упругий бутон.

– Да уж. Еще сравни розы с женщинами. Вот только этого я не хочу! Нет охоты слушать рассказы о куртизанках и их шипах.

– Ты слишком строга к королевам цветочного балла. Как ни крути, они лучшие! – улыбаясь, ответила девушка и понюхала цветок. Он пах приторно, но ей нравился этот запах.

– Лучшие? Элен, хоть это и цветы, но они лишены естественности. Не знаю, почему ты их так любишь. Для меня живой тот, кто по своей природе привык купаться в лучах яркого солнца, и быть обласканным ветрами.

– Что ты имеешь в виду? Одуванчики в траве?

– Да. И одуванчики в том числе. Все, что растет из земли и тянется к солнцу. В каждом полевом цветке хранится целая тайна. Он пахнет полями, лугами, реками и радугой. А чем пахнут твои любимые розы?

– В них приятный запах.

– Чего? Теплицы?

Женщина отошла от аллеи роз и села на скамейку. Казалось, и скамейка и дорожка утопали в цветах: оранжевых, красных, алых и голубых. Буйство красок и ароматов манили шмелей, пчел и ос к этому месту. Словно медом оно было помазано.

– Садись рядом, моя девочка, – женщина позвала девушку к себе и улыбнулась. Её ровные, белые зубы и красивая улыбка мирно уживались на красивом лице и бледной коже.

– Мама, расскажи мне, почему ты так не любишь розы? Этим королевам ты предпочитаешь полевые цветы, – и она посмотрела в сторону маргариток. – Бережно высаживаешь их, занимаешься этим сама, не нанимая садовника. Никто из наших знакомых не понимает твоей увлеченности этими цветами.

– Договорились. А ты расскажешь мне, почему так любишь розы, – смеясь, ответила женщина и заключила дочку в объятья. – Знакомые-знакомые… Наши знакомые восхищались, если бы мой сад был переполнен розами и экзотическими пальмами, за которыми ухаживал бы модный дизайнер, а лейку бы ему держал именитый садовник. Не так ли?

– Мама, ведь мы так богаты, зачем тебе копаться самой в земле? Ты даже не надеваешь перчатки…

– Элен, девочка, разве можно так пренебрежительно относиться к земле? Как же тогда ты её почувствуешь, если будешь работать с ней в резиновых перчатках?

– Мам, ты иногда нас с папой просто удивляешь. Хорошо, что ему все равно и он каждый раз проходит мимо, не замечая не их цветения ни увядания.

– Да, это действительно хорошо. Самое большее, чем он может мне помочь не мешать мне, – улыбаясь, ответила женщина и погладила дочку по коротким волосам.

– Мам-мам, а еще расскажи, зачем нам целый луг лаванды? Ты ее понапривозила со всех уголков земли. И каждый раз, высаживая ее, ты плачешь. И никогда не говоришь почему.

– Возможно и правда пришло время рассказать. Иди ко мне, мой олененок, – она еще сильнее прижала к себе дочь.

Модная стрижка, аккуратно сделанный маникюр, по две серьги в каждой мочке и короткий джинсовый сарафан. Элен была красивым подростком. Черты лица были похожи на мамины. Взгляд и харизму она тоже унаследовала от неё. Ярко зелёные глаза были её особенностью. Алмазный цвет глаз был настолько необычен, что в их семье иногда шутили, что одна средневековая ведьма-красавица не успела догореть на костре, и осталась парить в воздухе. Пролетая мимо Элен, она решила подарить ей цвет своих глаз, чтобы нынешнее поколение могло увидеть, какой неземной красоты глаза были во времена святой Инквизиции.

С огромным грохотом на пол упали папки с бумагами.

– Что такое? Что случилось? – спросонья, Анна резко вскочила с кровати.

– Спи-спи. Это мои курсовые полетели вниз.

– Зачем ты вообще полезла туда? Ну ты даешь! Могла сама со стула шлепнуться и расшибить себе голову.

– Я ищу свой дневник. Давно его не доставала, успела по нему соскучиться.

– Хорошо, что все твои книги не попадали. Грохот от них точно бы разбудил все общежитие, – Анна пробубнила недовольным голосом.