
Арийская элита
Описание
В политическом детективе "Арийская элита" Данила Врангель исследует сложную историю взаимоотношений арийцев и семитов, поднимая вопросы о влиянии тайных обществ на мировую политику. Автор утверждает, что истинные правители мира – не те, кого мы считаем, а древний клан Меровингов. Книга полна интриг и неожиданных поворотов, заставляющих читателя задуматься о скрытых мотивах и тайных играх в мировой политике. В основе романа лежит утверждение о том, что еврейский национализм, мания избранности и величия контролируется кланом Меровингов. Это проект отвлечения внимания и прикрытия. Автор утверждает, что истинные правители мира – не те, кого мы считаем, а древний клан Меровингов. Книга полна интриг и неожиданных поворотов, заставляющих читателя задуматься о скрытых мотивах и тайных играх в мировой политике. В основе романа лежит утверждение о том, что еврейский национализм, мания избранности и величия контролируется кланом Меровингов. Это проект отвлечения внимания и прикрытия. Используя исторические факты и современные события, автор рисует захватывающую картину тайных интриг, заговоров и борьбы за власть.
ДАНИЛА ВРАНГЕЛЬ. Арийская элита
Вытащил из пачки сигарету, закурил и неторопливо продолжил:
— Арийцы и семиты никогда не смогут иметь ничего общего в духовном плане. Это итог религиозного многовекового дифференциала.
— Почему ты так считаешь?
— Это не я. Это исторический факт. И факт современной действительности. Англосаксы и вообще арии не считают семитскую группу входящей в свою элиту. Несмотря на коммерческие способности евреев и арабов и их некоторые способности в мышлении.
Собеседник потер лоб и неуверенно спросил:
— А почему ты вообще коснулся этой темы?
Руководитель проекта жестко посмотрел в глаза агента и ответил:
— Я её не коснулся, это главная суть нашего разговора. Тебе придется полностью внедряться в европейский истеблишмент. Чего до сих пор не удавалось никому из наших агентов. Ты великолепно знаешь основные европейские языки, культуру, сленговое общение, у тебя классические манеры поведения, но не стоит упускать из виду проницательность еврейского лобби, контролирующего чистоту своих рядов. По нашей информации, кое–кто намекает, что ты русский. Хотя этого нет в документах, и никто подобного не может знать. По родственной версии ты еврей. По документам ты миллиардер. По документам ты в первой десятке списка Форбса. По общим слухам ты славянофоб. И эта версия не должна подвергнуться сомнению.
Прошелся вдоль кабинета, закурил сигарету, выпустил дым, пытливо посмотрел на собеседника. Тихо сказал:
— Ты не должен нас подвести. Мы ведем тебя пятнадцать лет. Мы сделали тебя губернатором, мы отсекли твоих конкурентов, мы спокойно относимся к твоим фанатичным проектам с футбольными клубами, мы сквозь пальцы глядим на твои бешеные расходы на яхты, дворцы, клубы и прочее, хотя ты понимаешь, чьи это деньги на самом деле.
Собеседник молча кивнул головой. Сказал негромко:
— Я всё понимаю.
— Я знаю, что ты с понятием, я знаю, что ты всё понимаешь. Иначе вообще в проекте был бы не ты. Далее о программе внедрения. Поскольку ты осознаешь мировой статус еврейства, мне тебе об этой диаспоре говорить особо нечего. Кроме одного нюанса.
Курил сигарету и молча смотрел на агента внедрения. Тот внимал. Тоже закурил.
Уточняюще спросил:
— Ну?
— Настоящие евреи, в понятиях легенд о масонстве, это не те, кого ими считают. Я имею в виду также сказки о мировом еврейском заговоре и прочую чушь. Те, кого считают евреями – арийцы.
Бывший губернатор с удивлением глядел на собеседника. Тот молчал. Агент неуверенно спросил:
— Как арийцы? Киссинджер ариец?
Инструктор поморщился. Ответил:
— Нет, Генри не ариец. Но он и не Магистр, как считает большинство и масонов, и просто аналитиков геополитики. Управление идёт из Европы. Управление тем же Генри. Центр находится в Европе, а не в Нью-Йорке, как думают почти все советники президентов. Ещё Вейцман, практически основатель Израиля, уже был под контролем и действовал не самостоятельно. От чего у него всё так гладко и проходило во всех странах, особенно в Великобритании, где он пробивал идею еврейской государственности.
Сел в кресло, потушил сигарету, внимательно посмотрел в глаза агенту и сказал:
— Исторический нюанс заключается в том, что еврейский национализм, мания избранности и величия контролируется кланом Меровингов. Это проект отвлечения внимания и прикрытия. Ему уже больше тысячи лет. — Повторил: — Все действия и арабов, и евреев контролируются.
Миллиардер переспросил:
— Кем? Теми самыми Меровингами?
— Да. Наследниками Иисуса.
— Господи, да это же всё легенды и сказки!
— Нет, это не легенда. Иисус остался жив, затем была свадьба в Кане, где Савл был свидетелем, хотя и ненавидел Марию Магдалину. Затем, после паузы камуфлирования, стал Павлом и принялся раскручивать, то есть пиарить, христианство, созданное в противовес левитам и Иегове.
Миллиардер недоверчиво слушал.
Инструктор продолжал:
— Ещё за сотни лет до этой заварухи с Иисусом некий Азазель и его отряд Наблюдателей, якобы спустившийся с горы Хеврон и по свидетельству библейского Еноха совращавший женщин всего Синайского полуострова, начал наводить порядок и править понятия людей тех лет. Открой книгу Бытия, там всё есть. Небольшой отряд Наблюдателей основывал миропорядок. Это были арии. Наши предки. Иисус был галилейским арийцем. Мария Магдалина тоже была арийкой. Меровинги в своё время организовали передачу нейролингвистической команды, внедренной в Тору и Талмуд, в тексты Корана. В Новом Завете этих команд нет, отсюда страшные противоречия иудеев, мусульман и христиан. Затем Меровинги раскололи христианство на католицизм, православие, лютеран и прочих протестантов, с целью дифференциации последователей Иисуса, невозможности создания единого центра управления и, таким образом, невозможности взять под контроль этот центр. Гениальное решение! На такое способны только арии. Истинный истеблишмент мира, управляющий и Европой, и Америкой и Востоком, это Меровинги. Принцип «разделяй и властвуй» появился не в наше тысячелетие. Этот принцип императивен.
Внимательно посмотрел на вникающего словам миллиардера. Добавил:
Похожие книги

Протокол «Сигма»
Сын преуспевающего американского финансиста Бен Хартман, приехавший на каникулы в Швейцарию, оказывается втянутым в опасную игру. Случайное знакомство с приятелем приводит к покушению. Бен, пытаясь разобраться в происходящем, сталкивается с тщательно охраняемыми тайнами международной политики. Запутанный сюжет, переплетающий политические интриги, тайные корпорации, спецслужбы и коррупцию, развивается на фоне живописных локаций: Цюрих, Буэнос-Айрес, австрийские Альпы, джунгли Парагвая. В триллере Роберта Ладлэма встречаются друзья-предатели и враги-спасители, в атмосфере напряжения читатель погружается в опасный мир международной политики.

Экспансия I
В 1946 году, после тяжелого ранения, Исаев-Штирлиц оказывается в Италии, а затем в Испании, где он становится объектом интереса как американских спецслужб, так и германской разведки. Ища следы скрывшихся нацистских преступников, он находит союзника в лице Пола Роумэна. Роман описывает сложные политические реалии послевоенного мира, интриги и противостояние различных сил. Действие происходит в Италии и Испании, с участием ключевых фигур, таких как генерал Гелен и Пол Роумэн. Работа Семенова отражает сложные политические реалии послевоенного периода и мастерски раскрывает тему шпионских игр и противостояния идеологий.

Вторжение
Роман "Вторжение" Флетчера Нибела, опубликованный в альманахе «Детективы» (приложение к журналу «Сельская молодёжь»), повествует о сложных отношениях супружеской пары, живущей в Принстоне. Напряженная атмосфера дома, подозрения и скрытые мотивы создают интригующий детективный сюжет. История развивается вокруг семейной драмы, переплетенной с политическими интригами. В романе показаны внутренние переживания героев, их психологические портреты и непростые отношения. Автор мастерски раскрывает характеры героев, погружая читателя в атмосферу тайны и напряжения.

Нужный образ
Роман Джеймса Д. Хорана "Нужный образ" исследует мир современной политики, где создание имиджа играет решающую роль. Автор раскрывает закулисные интриги и борьбу за власть, показывая, как специалисты в области политической рекламы формируют "нужный образ" для малоизвестного конгрессмена. Читатель погружается в сложный мир политической борьбы, наблюдая за созданием политической карьеры и сталкиваясь с вопросами о цене победы. Роман отличается динамичным сюжетом и острыми наблюдениями.
