Архитектор

-Марина Викторовна, а у Вас глаза маленькие, – непосредственно сказала восемнадцатилетняя Алина своей преподавательнице по английскому языку, – Да и лицо какое-то непропорциональное.

–Не отвлекайся! – обидевшись, строго ответила та, – У нас сейчас диктант, между прочим, а ты отвлекаешься на какие-то пустяки!

–А я на вашем месте, – с легкой ухмылкой произнесла Алина, – не считала бы маленькие глаза и непропорциональное лицо таким уж пустяком.

–Может, уже хватит! – слегка покраснев, повысила голос преподавательница, – Как мне кажется, именно незнание элементарных слов английского языка является большим недостатком.

–А мне кажется, что вам это только кажется, – с дьявольским блеском в глазах и легкой улыбкой ответила Алина, – Как и вашему мужу, наверное.

–Я еще не замужем, – наигранно деловито произнесла Марина Викторовна, – пока мне еще не удалось найти подходящего мужчину.

–Не удивительно…, – уверенно ответила Алина, – с такими-то маленькими глазами и непропорциональным лицом.

–Все! Хватит! Я иду к твоему отцу, – крикнула Марина Викторовна, после чего с шумом закрыла книгу и гордо направилась к двери.

–Только для начала я хочу предупредить Вас, – после недолгой паузы, добавила Алина, а когда ее собеседница остановилась, добавила: – Мой отец любит девушек с большими глазами и…

–Нормальное у меня лицо! – перебив ученицу, с бешенством выкрикнула Марина Викторовна, после чего буквально выбежала из комнаты, громко хлопнув дверьми.

–Какие нынче нервные пошли люди, – недолго посмеявшись, сказала Алина после того, как осталась одна. Достав из стола уголь и лист бумаги, она начала быстро рисовать по памяти образ своей молодой и не слишком опытной преподавательницы. Причем сходство с оригиналом отличалось лишь на несколько пририсованных рогов и другой демонической атрибутики. Услышав приближающиеся шаги, Алина все быстро спрятала обратно в стол и сделала невинное лицо.

–Ты опять за свое!? – разочарованно произнес Игорь Васильевич, отец Алины, с трудом войдя в комнату из-за больной ноги, – Ты не представляешь, как тяжело сейчас найти хорошего учителя! Поработала бы сама с такими трудными детьми, как ты, поняла бы всю напряженность труда!

–Я всего лишь сказала правду, – пожав плечами, непосредственно ответила Алина, – Ты сам меня этому учил.

–Молчать я тебя тоже учил, – недовольно произнес Игорь Васильевич, с нескрываемым раздражением махнув рукой, – А сейчас пиши диктант! Лично приду и проверю!

–Нееееет, – наигранно драматично ответила Алина, сжав ладонями щеки. Несмотря на свое недовольство, она знала, что диктант ей все же придется писать, поэтому после ухода из комнаты отца, стала покорнее.

–А что с твоими руками? – настороженно спросила Марина Викторовна, увидев на тетради черные отпечатки пальцев.

–Ну так а что вы хотели-то!? – недовольно огрызнулась Алина, – Вы ж меня так отчитали, что я не просто сгорела от стыда, я уже обуглилась.

–Как жаль, что я начала работать в этом доме совсем недавно, а ведь тебя еще с самого детства должны были научить тому, как должна вести себя настоящая воспитанная девушка, – не придав значения услышанному, строго сказала Марина Викторовна, – И молчание, так же как и послушание – самый верный показатель хорошего женского воспитания. И ответь, пожалуйста, на поставленный вопрос: что с твоими руками.

–Ковыряла золу в камине… Проверяла, до конца ли сгорели трупы предыдущих моих преподавательниц по английскому, – без тени улыбки ответила Алина, – Вы уж извините… увлечение у меня такое.

–Все! Быстро выходи из-за стола, – строго произнесла Марина Викторовна, невольно покосившись на небольшой камин.

Пожав плечами, Алина встала и подошла к окну, за которым была чудная летняя погода. Марина Викторовна же, найдя в столе среди беспорядка свой портрет, удивленно усмехнулась, после чего, нечаянно испачкавшись в угле, возвратила все в исходное положение. Вернувшись на прежнее место после своеобразного досмотра, Алина послушно села в ожидании реакции на свое творчество.

–А у тебя талант, причем довольно редкий, – слегка смягчившись, произнесла Марина Викторовна, после чего возвратилась к прежней манере разговора: – Только ничего ты в людях не понимаешь.

–Как я Вас поняла, так и изобразила, – недовольно ответила Алина, – Со всеми остальными претензиями обращайтесь к моим родителям: они меня создали с такой бурной фантазией.

–А кто научил тебя рисовать? – поинтересовалась Марина Викторовна.

–Странные у вас вопросы… глупые какие-то, – констатировала Алина, – Как же можно научить человека таланту!?

–Я просто-напросто неправильно выразилась, – смутившись, ответила Марина Викторовна, – Кто-то из художников с тобой работал? Учил тебя?

–Нет, но мне это и не нужно, – твердо произнесла Алина, почувствовав, как надавили на одно из самых болезненных мест, – Развивать таланты в этом доме можно только в области сельского хозяйства, бизнеса и выращивания овощей.  А если я не проявлю себя в этом, то буду просто выковыривать из земли сорняки как колхозница.