Арбузный король

Я приношу глубокую благодарность людям, прочитавшим эту книгу до ее выхода в свет: Холленду Уоллесу, Барри Уоллесу, Эбби Трипп, Лилиан Бейли, Эллен Лефкур, Пэгги Кейдел, Кэрол Хикмэн, Эрике Кроузе, Говарду Сандерсу и Ричарду Грину; Лауре Уоллес, моей самой первой читательнице, чья фамилия изменилась за время написания книги, но чье любящее сердце осталось неизменным; Джо Ригалу, чья неувядающая вера в меня чрезвычайно ободряет, но при всем том несколько озадачивает; Хейди Питлор, чьими стараниями эта книга стала гораздо лучше, чем была изначально; и особенно Алану Шапиро, чьи дружба, трезвый ум и дельные советы воистину не имеют цены.

Городок объявился через несколько миль после съезда с автострады, когда крыши его домов и шпили церквей замаячили над кронами соснового леса. У самой городской черты приезжих встречал шлакоблочный остов заправочной станции с коричневыми от ржавчины бензоколонками и пучками травы, пробивавшейся из бесчисленных трещин в асфальте. Входная дверь отсутствовала, и дверной проем, по контрасту с залитой солнцем площадкой, зиял угрюмым призрачным сумраком. Внутренности здания были начисто выпотрошены; остались лишь голые стены. Я попытался вообразить ее первое появление в этих краях девятнадцать лет назад — как она, остановившись у бензоколонки, дожидалась какого-нибудь увальня в заляпанном комбинезоне, который неспешно двигался в ее сторону, вытерев грязные руки еще более грязной оранжевой ветошью и прикрывая ладонью глаза от солнца. Я представил себе ее отливавшие темным золотом волосы, зеленые глаза, лицо с россыпью бледных веснушек. Улыбка — ее главное украшение, как мне говорили, — была обращена к приближавшемуся мужчине. Но этот мысленный образ промелькнул и исчез. Я не смог по-настоящему ее почувствовать и угадать, как все происходило в действительности.

Предположим, она выбралась из машины и, пока увалень наполнял бак, заглянула в дамскую комнату, вход в которую находился за углом здания. Здесь также не оказалось двери, но прочие аксессуары — унитаз, умывальник, мутное зеркало — были в наличии. Подумать только: ее лицо когда-то могло отражаться там, где сейчас я видел себя. Обладай зеркало способностью запоминать и воспроизводить отражения, я смог бы отыскать ее лицо в зеркальной памяти, чтобы сравнить его со своим, отметить сходные черты и различия. Волосы, рот, глаза, подбородок… Но даже без визуального сравнения я ощущал главное сходство: мы оба не имели ни малейшего понятия о том, что нас ждет впереди. «Привет, я Люси Райдер» — так могла сказать она своему отражению. Или, излучившись улыбкой, представиться официальнее: «Меня зовут Люси Райдер. Добрый день».

Я кивнул самому себе:

— Здорово, приятель. Я Томас.