Апостол

Святого апостола Павла упоминают в числе наиболее известных деятелей человеческой истории, миллионы людей ежедневно читают написанные строки — но о личности его наши современники знают очень мало. Это имя хорошо известно всем христианам, большинству иудеев и мусульман; Павла цитируют, с ним спорят, на него нападаю, его защищают. Но даже те, кто постоянно читают и изучают его Послания, могут лишь догадываться, каким человеком был апостол Павел. Когда издатель предложил мне написать биографию Павла, то оказалось, что и сам я, подобно остальным, недостаточно понимал его личность.

Многим известна повесть о нем — заслуженно знаменитая книга Г. В. Мортона «По стопам Святого Павла». Но это скорее не биография, а описание путешествий, и написана эта книга в середине 30-х годов — в другие времена, для других людей. Да и вообще, современный человек — независимо от того, читает он Библию или нет — конечно же, не может ощутить то обаяние личности Павла, которое чувствовали знавшие его Тимофей, Лука и даже недоброжелательный Елима.

Я всегда испытывал подлинное удовольствие от близкого знакомства с людьми, биографию которых писал, и поэтому решил, что с мое стороны не будет слишком большой дерзостью проникнуть в жизнь апостола Павла так же, как я это делал в случаях с другими героями моих исследований, но если раньше источником материала для меня служили пачки документов и писем, то теперь им был Новый Завет.

Я работал над ним, как работают с любым биографическим источником, и смотрел, что из этого получится. Как у всякого биографа, у меня развилось чутье, своеобразный инстинкт, распознающий достоверность материала — и, как только я начал свой труд, я был совершенно потрясен реальностью характера, вырисовывающегося в Деяниях Апостолов и посланиях. Удивительная личность, необычайная жизнь, покоряли меня все больше и больше по мере того, как я приближался к постижению сущности этого человека. Хорошо знакомый с Библией с детства, теперь я увидел Павла, как будто в первый раз — его побуждения, цели и взгляды, то, что было важным для него, и то, к чему он был равнодушен; его отношения к собственным ошибкам после осознания совершенного. И то, ради чего он готов был умереть.

Я учился смотреть на него глазами его современников. За две тысячи лет было высказано много мнений относительно Апостола Павла. Ницше писал о нем: «Один из самых честолюбивых людей, суеверие которого уравновешивалось только присущим ему коварством; многострадальный мученик, вызывающий жалость, личность, чрезвычайно неприятная себе и другим». Фаррар, декан англиканской церкви в викторианскую эпоху, рисует другой портрет Павла — надменного духовного владыки, презирающего склонность смертных к заурядным страстям, некую холодную, мраморную статую святого. Бэзил Мэттьюз изобразил его в качестве мускулистого вождя христиан, героя романов для мальчиков. Но все эти изображения Павла, как и Апостол из одноименной замечательной повести Шолома Аша, одинаково далеки от образа человека, которого я узнавал, путешествуя с женой по местам, где ходил он две тысячи лет назад, и одновременно изучая Новый Завет и исследовательские труды о нем.

Как всякому автору, взявшемуся писать о Павле, мне пришлось погрузиться в огромное и всевозрастающее количество литературы о самом Апостоле и его окружении; но, обращаясь к широкому читателю, я не стал отягощать свой рассказ аргументами, объясняющими мое видение жизни Павла. В том, что касается белых пятен в биографии Апостола, я старался использовать только подтвержденные свидетельствами факты, Логически восстанавливая упущенное, а не предлагать собственные догадки. Между такой реконструкцией и авторской догадкой — огромная разница. Дополнять факты своим воображением — значит поступиться достоверностью.

С тех пор как Павел умер, сменили друг друга шестьдесят шесть поколений — в два раза больше, чем со времен вторжения норманнов в Англию. Но к личности Апостола сохраняется острый, современный интерес. Радикальные богословы недавно привлекли внимание прессы захватывающими выступлениями. Павел — личность гораздо более завораживающая и радикальная. Я хочу, чтобы Павел и его удивительная жизнь приобрели яркие, свежие тона реальности для тех, кто знает о нем только то, что этот человек вписал в своею главу в Благовествование, — и для тех, кто часто читает его строки — протестантов, католиков, православных — и для иудеев, к которым он испытывал такую непреходящую любовь.

Когда я закончил книгу, меня охватило такое же чувство, какое возникает при приближении к вершине высокой горы: ты понимаешь, что были и другие пути наверх, когда осознаешь как мало мы изучили местность; и еще, приближаясь к вершине, видишь нечто великое — самую вершину и весь мир вокруг.

Но я не достиг вершины. В самом конце восхождения я наткнулся на непреодолимые скалы. В наши дни ни один человек на земле не может увидеть то, что видел Павел.

Джон Поллок

Роуз Эш, Девоншир, Англия