Антоновские яблоки

I 

Всё началось с того, что Антонова влюбилась.

Антонова – моя школьная подруга, крестная моего сына Глеба и, в общем, человек весьма положительный.

И вот, вы представляете, моя подруга влюбилась! В этом, конечно, нет ничего предосудительного: Антонова – молодая и крайне обаятельная особа, с огненной шевелюрой неимоверной длины, томным зелёным взглядом и пышной грудью, которой сама Антонова чрезвычайно горда. Мужчины от моей Светки просто без ума, в частности от её внушительного бюста. Да и она не прочь провести время в мужском обществе. Но одно дело – невинные шалости, лёгкий флирт, ни к чему не обязывающие комплименты, другое дело – серьёзное увлечение. Настолько серьёзное, что Антонова готова потерять голову и забыть обо всём на свете.

А забывать ей есть о чём.

Дело в том, что моей Антоновой категорически нельзя влюбляться. Причина очевидна и банальна – Светка замужем. И замужем за таким человеком, что плакать хочется.

От зависти.

Я, например, всю жизнь мечтала о таком муже, как Светкин Игорь. Не муж, а золото, лучше не придумаешь. Во-первых, Игорь человек крайне порядочный, надёжный, верный, ну и всё в том же духе. Во-вторых, муж Антоновой безо всякого преувеличения красавец. Ну, а в-третьих, Игорь хорошо зарабатывает, что даёт право его жене считать себя женщиной обеспеченной. Антонова может позволить себе то, о чём я, простая повариха в заводской столовой, и мечтать не решаюсь. Самое главное, что может себе позволить Светка, так это не работать. Но моя Антонова не какая-нибудь там белоручка, а потому пашет как лошадь. За сущие копейки, на голом энтузиазме, как и любая другая учительница географии.

И именно эта география довела Светку до адюльтера.

А дело было так. Поставила моя жестокая Антонова нерадивому ученику «двойку», но этого ей показалось мало. Решила Светлана воспользоваться своей учительской властью и вызвала родителей несчастного мальчишки. Пришёл папа. Тимур Сергеевич.

То есть это он сначала был Тимуром Сергеевичем, а потом как-то незаметно превратился в «Тимку».

В общем, когда я обо всём узнала, было уже поздно: Антонова по самую макушку завязла в новой любовной эпопее. Страсть довела её до безрассудства. Антонова витала в облаках и совершенно не желала опускаться на землю.

И хотя Светка – моя лучшая подруга, и я вроде бы как должна быть всегда и во всём на её стороне, в данном случае я была целиком и полностью на стороне Игоря. И когда Антонова прибегала ко мне, чтобы поделиться переживаниями по поводу своей скороспелой любви, у меня тут же на глаза наворачивались слёзы, и становилось безумно жаль Игорька. Даже мой девятилетний сынишка, которого вообще мало интересовали всяческие семейные разбирательства, был далеко не в восторге от поведения любвеобильной Антоновой.

– Я не понимаю, чего вы так на меня взъелись, – невозмутимо пожимала плечами Светка. – В кои-то веки я нашла свою настоящую любовь, а вы вместо того, чтобы порадоваться…

– Порадоваться? – я не верила своим ушам. – Антонова, как ты можешь так говорить! А Игорь? Ты о нём подумала? Он сойдёт с ума, когда узнает. Ты это понимаешь?!

Подруга вздыхала.

– Бедняжка Игорёк. Он и впрямь расстроится. Но, Майя, это жизнь. Любовь приходит и уходит.

– Вот именно, любовь приходит и уходит, а семья остаётся. Семья – это вечное и незыблемое. Завязывай со своими амурами и возвращайся в семью.

– Эх, Маюша, много ты понимаешь!..

И вот тут-то Антонова была права. Я, по правде говоря, мало чего понимала в любви, в отношениях и в мужчинах в частности. В моей жизни был один единственный мужчина, который вдребезги разбил моё несчастное сердце, и, оставив мне в память о себе сына, бесследно исчез.

Не сумев создать собственной семьи, я изо всех сил пыталась спасти чужую. Но и это у меня выходило неважно.

Антонова с каждым днём крепла в уверенности, что их брак с Игорем изжил себя, и настало время объявить о своем новом избраннике во всеуслышание.

Кстати говоря, об избраннике. Тимуру тридцать пять. Он на десять лет старше Антоновой, но не это самое страшное. Самое страшное – два неудачных брака и вполне уже взрослый сын, тот самый, что невзлюбил географию. Жизнь Тимура была насыщенной, прошлое кишело всяческими нелицеприятными подробностями, и моё сердце подсказывало, что Антонова – всего лишь очередной эпизод в его многотомной Кама сутре. Однако Антонова так не считала. Она была уверена, что Тимур застрянет у неё надолго, по меньшей мере, на добрую половину века.

И вот настал день, когда моя Светка решила объявить Игорю, что у неё новый роман. Я с напряжением ждала звонка подруги, намереваясь услышать из первых уст, как всё прошло.

Но Антонова не стала размениваться на звонки и явилась ко мне собственной персоной. Она ураганом влетела в мою квартиру, поспешно захлопнув дверь и тщательно проверив замки. После чего повернула ко мне своё перепуганное лицо и дрожащим голосом прошептала:

– Майка, на меня покушались!

II