Антиэнтропия

Посвящается Дарье М., грей мою душу и впредь.

Если бы не свет утренний, то скатился бы кубарем,

Вписавшись в путину из путаниц, приняв звёзды за бусины.

Забудем же, ведь за будкой рай гусениц,

Которым знакомо лучшее, они противники глупости.

–

Я этот Мир не замечал порой, был со мной внутренний порок,

Теперь переступил хилый порог, глубина в этом месте по Рок,

Есть в этом некий укор, говорят, что пал низко – по дьяволов рог,

Предъявят же! Мы на последнем этаже, дальше лишь Бог.

–

О боже! Идут беды, недруги запустили ракету,

Созвездие рака даруй нам ответы, мы ещё дети!

Лейте спирт, лейте, не у всех нервы стальные,

И только лишь я вышел, предложив отменить энтропию.

–

Смотрите – это Дарья, к себе прижимаю прекрасную даму,

А небо рассекает опасная "Фау", что жаждет расправы.

Любовь всё исправит, с Дарьей мы крылья расправим,

Ни лево, ни право – что за забавы? Только вверх, только прямо!

–

Мы с Дашей взлетаем к самому Небу, где жаждет смерти ракета,

Чёрствое сердце – рак это, но не мне вам давать советы.

Целую Дашу так, что распаляется сердце, мы, как кострище,

Мир не щетинится, внизу счастливые лица; бывай, энтропия!

Пустыня уходит, как и Бог, ставший чем-то вроде старых сапог,

И сам более не сапёр, на воле не слышится тиканье бомб.

Брось старый лом, ты молодой, идолов круши молотком,

Отринь этот трёп, как и старый храм, состоящий из догм.

–

Пустыня уходит, пора пойти и купить билеты домой,

Лето сменяется зимой, а в Лету кидают связки имён.

Для чего? Чтоб был обновлён, чтоб разжёг погребальный костёр,

Скинь всё, что пропитано Злом, сожги всё, что отвергалось душой.

–

Пустыня уходит, а значит, теперь ты другой,

Выше нос, будь молодцом, более не будет войн.

Поверх старых стен яркость новых обоев, разряди все обоймы,

Твой дух более не ободран, новым днём он ободрен.

–

Пустыня уходит, ведь люди сделали землю ухоженной,

Поняв, что этого хочет и Боженька, ведь каждый из нас особенный.

Тварей дали нам в собственность, как и дар творческий,

И теперь пески – прошлое, ведь деревья задышали кронами.

–

Пустыня уходит, ведь мы сами создали дождик,

Себя впечатлив до дрожи, сделав воздух морозным.

Раз мы победили Зло, раз разомкнули песков тиски,

Значит, пустыня слаба, значит, зелень коснётся и нашей души.

Они вмазались, ибо им нравится жить по указке,

Укажи им центр лазером, пригласи в миры виртуальные.

Их слова обладают виральностью, слеплены с единым характером,

Говоришь, что всё фальшь – харкаются, им страшненько.

–

А я возвещаю радугу, что была собрана гравитацией,

И цвета её кружатся в вальсе, уже никто не скажет мне "хватит".

Это вы поддержали Хаос, мне он никогда не нравился,

На флаге набросал Дарвина, любовью расширил сознание.

–

Они вмазались и потерялись, а мы сели в машину с Дарьей,

Гоним не под скоростями, просто наши сердца играются.

Серых людей хватают теневые копы, им в реальности плохо,

Но мы разрисуем их опыт, а что? Бог тоже художник.

–

Несёмся сквозь разные сферы, съедая пространство и время,

Пожираю тебя боковым зрением, нам не требуются перья.

Ты ангельским голосом пела, вжавшись в цветное сидение,

Ты мне доверилась, а значит спикируем в Вечность.

–

Они вмазались и ладно! Пусть играют с Богом в прятки,

Ты поишь меня лимонадом, а я радугу в тебя втираю.

Такие у нас забавы, нам не нужны опиаты, губки твои – огонь,

Предлагаю остаться, предлагаю обняться – мы гонимся за "Нулём".

Харе Кришна! А у вас хари кислые, будто листья кладбищенские,

Ишь ты! Духом нищ ли? Трясёшься, будто лист, над златом своим.

Что, будешь его перчить и солить? Будешь кидаться им в зрителей?

Снято! Софиты и камеры уж уберите, надоели ваши серые лица.

–

Тьфу на них, правда! Нападём с ножом из засады,

Как же клинок сей всадим, такое не снилось маньякам.

Бог с тобой, малявка! Это лишь шутка, это майя,

Руки не дам запачкать, но угощу грибами.

–

И грибов тоже нету! Долой истерику, за психоделику без психоделики,

Мы же художники, а не священники, долой и священное.

Связь Эросом, свет Вечного, не бывает в душе безупречного,

Пусть будут и просторечия, бушует и малая речка.

–

Давай будем малой речкой, давай будем мелом резать,

Вселенная вся в порезах, но, где рана, там исцеление.

Тем более всё это в безвременьи, где краски на уровне жемчуга,

Где ценится женственность, где брызги кисти, как ожерелье.

–

Ох, у них ожирение, засохнет инжир без веселья,

Так давай дарить треск весенний, дарить каждому обереги.

Это не борение, а психоделика, что отрезвляет пленника,

Мир сходит со сцены, Бог прыгает с Неба – начинается дискотека.

Вот мет, а модерн? Это и есть "метамодерн",

Истина явится в неглиже, искренность и в наглеце.

Синяк на её лице, лагает вещания сеть,

У модерна завещания нет, инфекцией пожран его скелет.

–

Вот мой пост на стене, а где "постмодерн"?

Так глянь – это гипертекст, теперь Твиттер – кладезь чудес.

Вязкий, как болотная местность, фальшивый, как горе-кудесник,