Античный анекдот

Античные анекдоты…

Это что такое?

Подобное словосочетание, пожалуй, озадачило бы древнего человека.

Конечно, греческое слово ανεκδοτος, породившее адекватное русское слово, было знакомо каждому эллину, затем и римлянину. Оно встречается, к примеру, в сочинениях историка Диодора Сицилийского и в писаниях оратора Цицерона. Одно из его значений — «неизданный», «неопубликованный». Скажем — применительно к трактату, книге, произведению.

То же, что мы теперь понимаем под термином «анекдот», европейцы эпохи Просвещения называли латинским словом facetia — шутка, острота, веселая история. Во всяком случае, известный своей образованностью итальянец Поджио Браччиоли издал в XV веке целую книгу коротких занимательных историй, озаглавив ее «Liber facetiarum»[1]. Этот сборник, кстати, получил затем широкое распространение по всей Европе, увидел свет на многих языках — французском, немецком, английском и др. Конечно, не только он пользовался такой повсеместной известностью, но и многие другие, подобные ему издания. Сборники анекдотов, надо заметить, найдены и в библиотеке московских царей (XVII век).

И как-то уж так получилось, что к XIX веку слово «анекдот» вытеснило из употребления привычное дотоле для европейцев слово «фацеция». Оно вошло в славянские языки (особенно распространены были анекдоты в Польше). Содержание же само́й веселой истории с течением времени менялось. Если в древности, да и затем, у того же Браччиоли, веселые, поучительные рассказы «привязывались» к именам выдающихся людей, были освящены их авторитетом, носили познавательный и нравоучительный характер, то более поздний анекдот перестал заботиться о познавательной и воспитательной функции. Главное для него — занимательность, а контингент его действующих лиц значительно расширился… И пошло. Да что говорить! Кто из нынешних читателей не знает содержания сегодняшних анекдотов?

А вот античность… Античные анекдоты, представленные в этом сборнике, несколько отличаются от своих, современных нам, собратьев. Они почерпнуты из произведений древнегреческих и древнеримских авторов. В античности, надо сказать, существовала обширнейшая и разнообразнейшая литература, да только уцелели от нее незначительные крохи. Ученый нашего времени как-то заметил, что литература Эллады и Рима сродни огромному кораблю, потерпевшему жестокое крушение. И мы теперь, дескать, усердно роемся в кучах остатков этого корабля, выброшенных стихиею на берег. В этих-то обломках, если продолжить сравнение, и отыскано все то, что названо здесь античными анекдотами. Разного рода забавные случаи из жизни античных людей, иногда просто их удачные выражения, так называемые апофегмы, связаны, в основном, с известными в истории человечества личностями и, быть может, не всегда забавны, но почти всегда поучительны и познавательны.

Конечно, смешные приключения и ситуации в древности случались не только с Диогеном или там с Сократом, Периклом, Еврипидом. Смех погонщика мулов был, пожалуй, посоленей и подерзостней, нежели смех философов и поэтов, или даже военачальников, хоть и попроще… Но… Не зафиксированный в буквах, утрачен он навсегда. Тут уж ничего не воскресить.

Остается только назвать имена основных авторов, у которых позаимствованы все эти истории: в первую очередь упомянем знаменитого писателя-моралиста Плутарха, затем Диогена Лаэртского, Элиана, баснописца Эзопа…

Необходимо также отметить, что события, о которых говорится или упоминается в античных источниках, иногда не вполне соответствуют исторической истине; что строгий историк указал бы на неточности в писаниях древних авторов, обнаружил бы анахронизмы, однобокие характеристики персонажей, а то и просто ошибки, а еще — исключающие друг друга варианты преданий. Составитель предлагаемого сборника отдавал себе в том отчет, однако старался донести до читателя дух античности, воздерживался от «поправок», позволяя себе в своих пересказах разве что выбор тех или иных вариантов освещения упоминаемых событий и выбор характеристик представленных персонажей.

Если у читателя возникнет потребность освежить в памяти, когда же именно жил и творил тот или иной известный в древности человек, и чем же он, кстати, известен, — читатель имеет возможность заглянуть в таблицу, помещенную в конце сборника.

Вот и все.

Фалес Милетский поучал народ на городской широкой площади.

— Между жизнью и смертью, — сказал он с расстановкой, — нет никакой разницы!

Из толпы поинтересовались:

— Что же ты сам не умираешь?

— Именно потому, — тряхнул бородою Фалес, — что нет никакой разницы!

Астрономия стала вторым призванием Фалеса.

Наблюдая за звездным небом, престарелый уже мудрец свалился неожиданно в яму и звонко закричал:

— На помощь!