Анонимный заказчик

Сергей Александрович ВЫСОЦКИЙ

Анонимный заказчик

Роман

================================================================

В сборник произведений известного московского прозаика,

мастера детективного жанра Сергея Александровича Высоцкого вошли

полюбившиеся читателю повести "Выстрел в Орельей Гриве", "Крутой

поворот", "Среда обитания" и роман "Анонимный заказчик".

Герои произведений - работники уголовного розыска. События

носят острый приключенческий характер. Но это не самоцель. Автор

затрагивает серьезные нравственные и социальные проблемы,

пытается ответить на вопрос: почему человек становится

преступником.

================================================================

Если хотят знать, по какому праву

я вмешиваюсь в это прискорбное дело, я

отвечаю: по великому праву первого

встречного. Первый встречный - это

человеческая совесть.

В и к т о р Г ю г о

1

Ночь была душная, и Колокольников почти не спал. Нудно гудели комары. От них не спасали ни марля, набитая на окно веранды, ни приторный одеколон "Гвоздика", которым Леонид Иванович, просыпаясь каждые полчаса, мазал себе шею и лоб. Часа в два пошел ленивый дождь. Мерно барабанили по железной крыше редкие капли, собирались в струйки и гулко стекали по желобу в пустую бочку. Колокольников почувствовал, что наконец-то засыпает, но скоро надо было вставать - он твердо решил выехать сегодня на залив, на рыбалку. Полежав еще немного, он осторожно, чтобы не разбудить жену, оделся, взял приготовленный с вечера сверток с едой и вышел на крыльцо. Поежившись от охватившей его сырой прохлады, Леонид Иванович натянул на голову капюшон, взял из сарайчика весла и удочки и двинулся по лесной тропинке к заливу. С нарастающим гулом набирала от станции скорость первая электричка. "Или последняя?" - усмехнулся Колокольников, вспомнив, как однажды он приехал на дачу этой электричкой после встречи с друзьями и долго доказывал жене, что торопился именно на последнюю электричку, а она сердилась и говорила, что он совсем отбился от рук и позволяет себе приезжать первой утренней электричкой.

Снова стало тихо, и Колокольников услышал, что впереди кто-то идет. "Николай Николаевич меня опередил, что ли? - подумал он. - Вот ведь, злодей, и не предупредил!" Николай Николаевич, его приятель по рыбалке, снимал на лето дачу рядом, метров на триста подальше, в глубине леса. Колокольников прибавил шагу, но человек впереди шел быстрее. Было слышно, как грузно перепрыгивает он через кочки и сосновые корни. Шум идущей по шоссе машины заглушил шаги. "Ну вот, на шоссе-то я тебя и перехвачу", улыбнулся Колокольников в предвкушении того, как выговорит Николаю Николаевичу за отсутствие рыбацкой солидарности. В это время раздался глухой удар, а потом резкий скрип тормозов. Ночной лес утробно ухнул, повторив эти звуки, и затих. В наступившей тишине Колокольников услышал, как резко хлопнула дверца машины, и понял, что случилось несчастье. Бросив весла и удочки, он побежал к шоссе, повторяя: "Ну что же он летит не глядя, ну что же он летит..." В том, что несчастье произошло с соседом, Колокольников не сомневался.

Он выскочил из кустов на шоссе слишком поздно. Белая машина, - Леонид Иванович машинально отметил, что машина белая, "Жигули", и что у нее погашены огни, - уходила за поворот. Темным пятном на мокром асфальте распластался человек. Колокольников бросился к нему и чуть не упал, наступив на блестящий металлический предмет. Нагибаясь к лежащему, он еще подумал: "Вот ведь как стукнул, подлец, машина чуть не развалилась".

Это был не Маслеников. На асфальте лежал большой, грузный мужчина. Колокольникову показалось, что пострадавший - негр, но он тут же понял свою ошибку. Лицо было темно-багровым от удара. "Надо его перевернуть", решил Колокольников и взялся за мокрый плащ, запоздало вспомнив, что в таких случаях до приезда "скорой" и милиции лучше все оставить на своих местах. "А если он жив? Пусть умирает?" Он с трудом перевернул человека на спину, опустив, почувствовал неестественную мягкость, словно это был не человек, а набитый тряпьем манекен. Ни стона, ни звука. Ни единого толчка пульса. Леонид Иванович долго держал остывающую руку в надежде, что сможет уловить хоть слабое биение пульса, но человек был мертв.

"Какая же сволочь!" - со злой тоской подумал Колокольников об удравшем водителе.

- Сволочь! Сволочь! - повторил он громко и оглянулся. Шоссе было пусто. Ни машин, ни людей. Метрах в двух от потерпевшего в траве валялся маленький чемоданчик. Видать, от удара он отлетел в сторону и раскрылся. В чемоданчике, каждый в своем гнезде, лежали аккуратно разложенные инструменты. "Наверное, какой-нибудь слесарь-водопроводчик", - решил Колокольников. Он встал с мокрого асфальта, закрыл чемоданчик...