Аннике невеста каменная

Сказу этому – лет не счесть.

Сказу этому – зим – не упомнить.

Только знают мхи болотные,

Знают птицы дикие

Сказ про Аннике -

Невесту каменную.

…

Ушёл миленький в дальний край, северный.

Взял он унты да шкуры звериные.

К морю Белому – непокорному,

За своими стадами оленьими.

Говорил, возвращусь к тебе, Аннике,

С золотою листвою по осени.

Говорил, возвращусь к тебе, Аннике,

Как застынет водица озёрная.

Так осталась прекрасная Аннике

Возле камня, где с милым простилася.

…

Вот уж минуло время осеннее,

Снегом лес забелило-засыпало.

Вот уж озеро зеркалом сделалось, -

Так и ждёт ненаглядного Аннике.

Вот уж лето пришло изумрудное,

Камень мхом обрастает как бархатом,

На опушке брусничные ягоды, -

Так и ждёт ненаглядного Аннике.

Возле камня, где с милым простилася.

…

Не вернётся твой миленький, Аннике,

Говорила семья да соседушки,

Позабудь его, добрая Аннике,

Сгинул он на пути да на промысле.

Но молчала упрямая Аннике

И как море была непокорною,

Всё ждала и весною и осенью,

В дождь и ветер, зимою холодною

Возле камня, где с милым простилася.

…

«Мы поём тебе, добрая Аннике,

Мы зовём тебя, славная Аннике.»

Женихи у порога столпилися

Все с дарами пришли драгоценными.

«Вот и жемчуг и золото чистое,

Вот шелка и наряды восточные

И заморские пряные сладости.

Выбирай же скорее, кто по сердцу!»

…

Отвечала упрямая Аннике:

«Всех милее мне камень у берега,

Добрый камень, где с милым простилися.

Не нужны мне дары драгоценные,

Не нужны мне наряды и пряности.»

…

С той поры будь невестою каменной -

Так прозвали прекрасную Аннике,

Всё за то, что была непреклонною,

Неприступной скалой беломорскою.

…

Вот и лето пришло ясноглазое,

Зацветает кипрей да смородина.

И решила печальная Аннике

Прочь из дома уйти опостылого.

Чтоб до самого моря последовать

Той тропой, что ушел её миленький.

…

Горсть песка зачерпнула у берега,

Жердь кленовую прочную срезала,

Да от камня, где с милым простилася

Мох взяла, изумрудный да бархатный.

И пошла она в ночь серебристую

По тропинке, да к самому северу.

…

Дома плачут сестрицы-подруженьки,

Кличут, кличут лесами-болотами,

Но не слышит, не видит их Аннике, -

Далеко за рекою осталися.

Так и шла она тропами дальними,

Босиком по камням да по просекам.

Мимо сёл и избушек охотничьих,

Мимо всяких озёр и источников.

…

Вдруг лисицу увидела Аннике,

На тропе у болота опасного.

А лисица бежать не торопится, -

Говорит, человеческим голосом:

«Ты куда же красавица следуешь,

Ты куда же идёшь, неразумная,

Босиком, только с жердью кленовою?

От чего ты бежишь, горемычная?

От какого ты горя спасаешься?»

…

Испугалась прекрасная Аннике,

Но не стала тут страха показывать.

Говорила лисице, как матушке,

Как сестрице родимой покаялась:

«Не вернулся однажды мой миленький,

Нету мочи мне ждать и надеяться.

Вот ушла я из дома постылого,

Чтоб добраться до самого севера.

Чтоб у Белого моря сурового

Схоронить его белые косточки.»

…

И лисица так горько заплакала,

Как дитя, что в лесу потерялося.

А потом говорит она Аннике,

Говорит, человеческим голосом:

«Я должна погубить тебя, девица,

Как других, что ступают болотами.

Но теперь ты мне люба да по сердцу.

Я тебе помогу, ненаглядная.

Проведу тебя тропами тайными

Сквозь болота, лесами запретными.

Только помни, чего б не увидела

Не бери ты ни мха и ни ягоды,

Ни листка, ни былинки, ни веточки!

…

Так пошла за лисицею Аннике

Через топи, да к лесу волшебному.

Там сияли цветы самоцветные,

Танцевала листва золочёная

И повсюду жемчужные ягоды

Среди мха золотого рассыпаны.

И богатства несметные, дивные

С каждым шагом как будто бы множились,

Застилали глаза непривычные

К огневому сиянию золота.

…

Не коснулась упрямая Аннике

Ни травинки, ни почки берёзовой.

Ни листка золотого, ни веточки,

Ни жемчужинки малой не тронула.

Так и шла за лисицею Аннике.

…

Вот уж лес драгоценный закончился,

И тропа меж камней завертелася,

Вдруг олень на тропинку пожаловал.

А лисы тот олень не сторонится,

Всё глядит на прекрасную Аннике,

Говорит человеческим голосом:

«Чем хозяйку лесную строптивую

Ты задобрить сумела, красавица?

Почему драгоценности дивные

Не сгубили души твоей праведной?

Расскажи мне, куда ты торопишься?

От какого ты горя спасаешься?»

…

Испугалась прекрасная Аннике,

Но не стала тут страха показывать.

Говорила оленю, как батюшке,

Словно брату родному покаялась:

«Не вернулся однажды мой миленький,

Нету мочи мне ждать и надеяться.

Вот ушла я из дома постылого,

Чтоб добраться до самого севера.

Чтоб у Белого моря сурового

Схоронить его белые косточки.»

…

И лисица с оленем заплакали,

Горько-горько заплакали, дикие.

Повели они добрую Аннике

Через злые ущелья глубокие,

По камням, мимо скал и курумников,

Вдоль реки, что шумит перекатами.

Укрывали от холода шкурами,

От дождя укрывали под скалами,

И вели по тропе её к северу,

К морю Белому, к морю суровому.

…

Вот уж тундра бескрайняя стелется

За рекою, пустынею каменной.

Там не видно ни деревца тонкого,

Только мох да лишайники пёстрые.

Тут олень стал копытом постукивать,

А лисица запела в полголоса

Песню древнюю, песню поморскую,

Человеком давно позабытую.

…

И на голос оленя с лисицею

Прилетела сова белоснежная,

Распахнула крыла над каменьями,

И они засияли как золото.