Ангел Геля. С неба на землю

Сквозь плотные стены облаков пробивались лучи весеннего солнца. Сегодня они были особенно яркие. Золотые вестники ожидания и надежды. Подавшись вперёд, Гела подставила щёку под горячий поток. Зажмурив глаза, впитывала солнечную энергию. Какой замечательный день. Даже крылья за спиной сжались от удовольствия. Острый кулачок ударил в бок не сильно, но неожиданно.

–– Ты хотя бы сделай вид, что сидишь на уроке, – прошептала, сидевшая рядом, Солин. – И убери с лица эту дурацкую улыбочку. Это сама дурацкая улыбка из всех, которые я видела.

Гела тут же выпрямилась. Действительно, что это она так расслабилась? Начался, конечно, последний урок последнего года обучения, но он же только начался. И до завтра ещё так долго ждать. А завтра… Перья на крыльях снова захрустели. Уже завтра на её груди появится бейджик: «Гела, ангел-хранитель высшей категории». А главное, завтра она отправится на десятилетнюю практику. И у неё появится свой собственный подопечный. Или подопечная. Маленький человечек, которого она будет охранять от бед, оберегать от неприятностей, обожать и лелеять. Искоса глянув на учительницу, Гела незаметно протянула руку и включила ламер. На экране появилась фотография очаровательной девочки. Губки – бантиком, бровки – домиком, глазки – озёра бездонные. Именно такой будет её подопечная. А ещё она будет самая умная, добрая, вежливая. Уж Гела приложит все усилия, использует все знания.

Закрыв программу в ламере, учительница подняла голову и обвела взглядом ангелов-выпускников. Последний урок. Самый длинный. Всё, что могли, ученики уже получили и сейчас их мысли были далеки от наук. Каждый думал о завтрашнем распределении. Между собой ангелы называли распределение «русской рулеткой», потому что никогда не знаешь, куда направит тебя судьба. Может на солнечные острова, а может в чукотскую ярангу. Может твой подопечный будет всю жизнь безмятежно складывать оригами, а может с пелёнок будет вынужден бороться за существование.

Наверное, какую бы тему сегодня не проходили в головах ангелов ничего не задержится.

Откинувшись на спинку сидения, Гела подумала, что последний год в школе оказался самым интересным. Уже не было изнурительного изучения анатомии, токсикологии, методов оказания первой медицинской помощи, зато проходили постоянные встречи с выпускниками. Вчера весь класс завороженно слушал рассказ ангела-хранителя, вернувшегося из «горячей точки» в Сирии. Как же это здорово, оберегать своего подопечного в бою, менять траекторию полёта пули, отвлекать врага, брать на себя удар. Гела, вместе с одноклассниками восторженно рассматривали дырки с обгоревшими краями в ауре гостя, его стёртые крылья… На всём этом лежал флёр героизма, лёгкий налёт романтики, того, чем восхищается каждый ангел-хранитель в начале своей карьеры.

Хотя, честности ради стоило отметить, что восхищались подвигами все, а вот столкнуться с реальными трудностями мечтала только Гела. Другие ученики предпочли бы спокойную, уравновешенную жизнь где-нибудь на Мальдивах, где всё тихо и спокойно, где не надо рисковать аурой, а можно просто плескаться в волнах океана, рядом с детками олигархов.

Задумавшись, Гела даже не заметила, как аудитория погрузилась в темноту. Ура! Кажется, учительница понимала, какие чувства сейчас бушуют в головах выпускников. Вместо повторения пройденного материала, они посмотрят ещё один увлекательный фильм. Фильм, о той жизни, которую начнут уже завтра. На экране пошли первые кадры. За соседней партой протяжно зевнула Солин. Скосив глаза на сидевшую рядом подругу, Гела тяжело вздохнула. Солин относилась и к учёбе, и к завтрашнему распределению очень философски: изменить ничего нельзя, это всё равно случится, значит и нервничать не стоит. Опустив голову на сложенные за спиной крылья, Солин закрыла глаза. «А фильм?» закричал внутренний голос Гелы. Но подруга считала, что киношки созданы для глупых доверчивых первоклашек, а взрослые ангелы должны понимать, что всё познаётся на практике и никакой чужой опыт не убережёт от ошибок. У Гелы даже крылья скрипнули от злости, но переделать подругу невозможно. Впрочем, это её жизнь. Переведя взгляд на экран, Гела замерла. По высохшей, потрескавшейся земле, ангел-хранитель нёс на руках маленького мальчика. Малыш был обессилен и уже не мог идти самостоятельно. Солнце беспощадно палило, иссушая прозрачное тело ангела. В небо поднимался тонкий белый столбик пара. Ангел умирал, но, прикрывая крыльями, нёс ребёнка к дальнему колодцу. Затаив дыхание, ученики следили за опасным путешествием и, когда малыш склонился над водой, класс взвыл от восторга.

Над экраном зажглась зелёная лампочка. Фильм закончился.

–-Ну и, где логика? – сонно хлопая глазами, прошептала Солин. – Мог ведь долететь до колодца и принести воду мальчишке. Так нет же, надо повыпендриваться и на себе его тащить, чтобы зрители скупую слезу смахивали с глаз и завывали: ах, какой героизм, какое самопожертвование.