Альтер Эго. Московские Звезды (СИ)

Бывшие любовники не долго стояли на набережной канала Грибоедова. Максим едва сдерживался, чтобы не наорать на Сержа. Тряхануть бы его как следует, чтобы понял — нельзя так! Выкидывать их совместную жизнь в мусорный бак, как использованный презерватив. Сука, да как Залесский смеет так поступать? Если бы они сейчас были дома, Максим бы оттрахал его до обморока и все стало бы на место. Ведь было, в тот день когда у Фели остались. Любовь была настоящая и сам же Сергей говорил начать заново, никаких мальчиков. И вот…Оба хороши конечно. Помириться надо. Будь они дома, Максим согласился бы даже на то, чтобы просить прощения. Он в самом деле считал себя виноватым…

Вместо всего этого он говорил Сергею про сумму аренды и неустойку. О том, что нельзя срывать концерты и репетиции. Заученные администраторские фразы. Сергей слушал рассеянно, скользил взглядом по фасаду Дома книги, отвечал односложно, а потом и вовсе на полуслове оборвал. Потому что из ресторана вышел этот щенок. Ревность полыхнула в груди Макса, но он опять сдержался. Только губы дернулись в нервной улыбке, больше похожей на оскал. Да мысли заметались, они бились о факты, как птица в стекло. Максим судорожно искал объяснения. Повод, чтобы выгородить Сержа, сделать его пострадавшим, а не виновником. Это все парень виноват! Прилипала! Не “птенец” а дрянь расчетливая, периферийная шлюха…

Гордость не позволила Максиму удерживать Залесского. Хочет идти со своим… да пусть катится. Лишь бы на репетицию явился вовремя. Предупреждать Сергея кто его на этой репетиции будет ждать Максим не стал. Увидит и пусть решает, что ему дороже их общее дело или щенок этот бесстыжий…

Возможно, Лазарев и смог бы что-то доказать Сержу и они поняли бы друг друга, не в первый же раз случалось такое, но нечто непреодолимое остановило Максима и не позволило ему искать примирения. И дело было уже не в Алекс. В Питер приехала Герта Майер с племянницей.

Максим Лазарев использовал людей, он даже не скрывал, иначе какой бы из него был арт-менеджер. Но, как правило, это шло им на пользу. Он всегда честно платил и не видел беды в таких отношениях.

Взять хоть бы Стасика… Нет, конечно, червь раскаяния иногда покусывал Лазарева, в их со Станиславом союзе значительное место занимало желание Макса доказать Залесскому, что… Вот только дальше не шло. Что доказать? А если хотел, то почему прятал парня, ни разу еще в студию не привел, а жили вместе уже почти месяц.

Лазарев оттягивал этот день. Может, опасался окончательного разрыва или упреков Сергея? Не ревности, а обвинений.

Двойные стандарты… Чем сейчас Максим отличался от Яшки? Подобрал парня в безвыходном положении, обласкал, соблазнил и цацкается. Конечно, никому не продает, такое Лазареву и в голову бы не пришло, он хотел Стасика только для себя.

Сначала, как обычно, кровь играла, влюбленность шкалила, в случае со Стасиком Макс хотел именно Стасика, может, потому, что устал безответно хотеть Сержа. Всему на свете приходит конец, наступил он и для их близости, если она вообще была…

Добиться желаемого особого труда не составило, парень был доверчив, а Макс умел убеждать, к тому же выступал в белоснежной тоге благодетеля. Знал бы Сергей — точно набил бы морду, знала бы мать Стасика… Но они не знали.

Домой Станислав звонил, говорил, что нашел хорошую работу, по сути это было правдой, Максим даже подписал с ним договор. Но в студии они еще ни разу не были. Макс ездил один и ненадолго. В это время Стасик, освобожденный от житейских забот, самозабвенно занимался. Потом возвращался Макс, и они шли куда-нибудь. Не в "Чайку".

Послушный, податливый, ласковый юноша, который поверил, что все происходит правильно, что это и есть любовь. А что он знал, кроме своего рояля? Стасик поверил Максиму, привязался к нему, не искал ничего другого.

Это была иллюзия счастья, но такая правдоподобная, что Макс иногда верил. Иногда…

Достаточно было встретить Сергея с любовником, и все разлетелось на мелкие осколки, разбилось вдребезги… Какой облом! Залесский, оказывается, быстро утешился и приятно проводил время, не отвечая на звонки Максима.

Офис и репетиционный зал были на Петроградской стороне, через пробки Сергей добирался почти час. Макс звонил еще раза три, возмущался, торопил, но так и не сказал ничего определенного — что за срочность, почему он собрал всех.

В нормальном состоянии Сергей удивился бы, он и припомнить не мог, когда Максим проявлял нетерпение, а тут он весь горел. Но Сергею небо было с овчинку, и не имели значения никакие причины, кроме одной — Саша уехал. Хотелось бросить все, вернуться домой и лечь зубами к стенке, но Сергей не позволил себе этого. И еще он надеялся, что общение с Максом отвлечет от замкнутого круга мыслей о Саше. Надо забыть, вернуться к прежней жизни, сказать себе: «Ничего не было».