Альманах "Эврика-86"

АВТОРЫ:

Алексашин Ю., Алексеев М, Алова Г., Амнуэль П, Варшавский БД Афиногенов ДД Афонская Н, Бажутин Г., Белов А., Бобров Г., Бороздина Л., Варущенко С., Васильев А., Веснянкин Л., Виндберг О., Волков ВД Вольнов В., Газарян К., Газенко О., Галанцев В., Галин А., Горбунов А., Гордиец Б., Гржимек Б., Гулак Ю., Гулиа Н., Демецкий А., Дехтярева К., Дидковский А., Дмитрук М., Забродин Ю., Залесский М., Золотова ЛД Зоненшайн Л., Иванова Г., Квасов Д., Каятковский О., Кённен Г., Ковальзон В., Когунов М., Кожемяка В., Козлов АД Колесников Ю, Колтовой М., Кондратьев К., Костинский Ю., Кравченко ДД Крылов Ю., Кубичев Е., Купин АД Лаговский В., Литинский СД Малиничев Г., Маркин В., Марчук Г., Матвеенко Л., Мезенцев В., Менжулин Г., Михайлов М., Москаленко Н., Мурахвери В., Мусина И., Наврузов В., Новиков Г., Нечай И., Остроумов И., Подклетнов Н., Панченко В., Петров P., Попелянский Я., Пресняков А., Протасов В., Родиков В., Родионова Ж., Ромашов Ф., Ротенберг В., Рувинский И., Рычков Ю., Сабиров А., Сабуренков С, Середкин А., Сицко Ю., Созинов АД Суржиков А., Троицкий ВД Турсунов А., Фаст В., Федотова Н., Филонов М., Фролов Ю., Чегодаев А., Шамси-заде Л., Шерешков В., Щербаков Б.

Физическая судьба расширяющейся Вселенной: новые грани старой загадки

Эволюция всей Вселенной как целого — одна из форм проявления "нетленной красы" природы, поэтически воспетой многими поколениями художников слова. Однако наука в отличие от поэзии не ограничивается констатацией увиденного или художественной гиперболизацией существующего, ей важно разобраться в самой природе и внутреннем механизме наблюдаемых явлений. Это в равной мере относится и к глобальным космическим процессам.

У идей иная судьба, чем у людей, их выдвинувших, — они, не в пример последним, никогда не умирают. Яркий пример тому — историческая судьба идеи "конца света"; несмотря на свою научную несостоятельность, она время от времени в том или ином обличье вновь и вновь всплывает на поверхность.

Идея "конца света" возникла в недрах мифологического сознания и в последующие эпохи вошла в мировоззренческую догматику всех мировых религий. По своему же логическому статусу она — неотъемлемая часть теологической доктрины творения, провозгласившей сотворенность всего и вся.

Внутренняя взаимосвязь представлений о «начале» (креационизм) и «конце» (финализм) очевидна. Так, еще Аристотель усмотрел логическое противоречие в утверждениях тех, кто в его время допускал, что Вселенная

никла, и одновременно считал, что она вечна. Справедливо квалифицируя такое утверждение как нечто невозможное, Аристотель добавлял: наблюдение показывает, что все, что возникает, равным образом уничтожается.

Подвергая диалектико-материалистической критике концепцию "тепловой смерти" Вселенной, на этот важный момент логической взаимосвязи понятий «начала» и «конца» мира особое внимание обратил Ф. Энгельс.

Поэтому неудивительно, что в современной космологической и философской литературе в прямой связи с проблемой сингулярного «начала» Вселенной вновь стали обсуждать вопрос о ее возможном «конце».

В начале XI века состоялась одна примечательная и в естественнонаучном и в философском отношениях дискуссия. Она разгорелась между двумя молодыми людьми, тогда еще малоизвестными, но ставшими впоследствии знаменитыми во всей ойкумене, как на Востоке, так и на Западе. Речь идет об Абу-Али Ибн Сине (Авиценне) и Абу Рейхане Бируни. В данном случае нас интересует лишь один из важных вопросов, ставших предметом их обсуждения. Бируни был задан следующий любопытный вопрос: "Почему Аристотель возводит сказания прошлых веков и предания древних о небесном своде и о его существовании в решительный довод, которым пользуется в двух местах своей книги для доказательства неподвижности и вечности небесной сферы?" Разъясняя далее свою научную позицию, Бируни в письме к Авиценне пишет: "Мы знаем о продолжительности (существования небесной сферы) еще значительно меньше того, что повествуют об этом народы, обладающие священным писанием, и того, что рассказывается со слов индийцев и подобных им народов". Не является ли неизменность неба кажущейся наподобие

неизменности гор? — размышляет Бируни и добавляет: "все горы изменились в древности, и свидетельства предшественников Аристотеля точно так же, как свидетельство его самого, не считаются с явными изменениями, которые в них произошли".

Авиценна как признанный глава восточноперипатетической школы философов решительно возражает идее изменчивости неба, ибо полагает, что она противоречит разделяемой им аристотелевской концепции вечности мира. "Дело с небом обстоит совершенно иначе, чем с горами", — категорически заявляет он.