Алькатрас и Кости нотариуса

Я лжец.

Я в полной мере осознаю, что вы можете не поверить этому утверждению. На самом деле, я надеюсь, что не поверите. Не только потому, что это сделает мое утверждение в высшей степени ироничным, но и потому, что тогда вам придется очень низко пасть.

Понимаете, я знаю, что вы, жители свободных королевств, слышали истории обо мне. Возможно, даже смотрели на силиматическом экране документальный фильм или два о моей жизни. Я вполне могу понять, почему вы не захотите верить тому, что я лжец. Вы, скорее всего, подумаете, что я чрезвычайно скромен.

Вы думаете, что знаете меня. Вы слушали всяких рассказчиков. Вы болтали со своими друзьями о моих подвигах. Вы читали исторические книги и слушали крикунов, разглагольствующих о моих героических поступках. Проблема в том, что только те личности, которые являются гораздо большими лжецами, чем я, любят разговаривать обо мне.

Вы меня не знаете. Вы не понимаете меня. И, конечно же, вы не обязаны верить всему, что читаете обо мне. Кроме, естественно, того, о чем прочтете в этой книге, так как она содержит в себе правду.

А теперь, позвольте обратиться к Тихоземцам. Я имею в виду тех из вас, кто живет в таких местах, как Канада, Европа или Америка. Не впадайте в заблуждение, потому что эта книга очень похожа на роман из раздела фэнтези! Как и предыдущую часть, мы издаем эту книгу в жанре художественного произведения в пределах Тихоземья, чтобы скрыть ее от библиотекарей.

Это вовсе не художественное произведение. В свободных королевствах - странах вроде Мокии и Налхаллы - она будет опубликована в открытую, как автобиография. Моя собственная история жизни, рассказанная, - впервые - чтобы раскрыть, что случилось в действительности.

На этот раз, я намереваюсь отсечь всю ложь. На этот раз, я намереваюсь запечатлеть правду в печати. Меня зовут Алькатрас Смедри, и я приглашаю вас во вторую часть истории моей жизни.

Надеюсь, вы найдете ее поучительной.

Итак, тяжело опустившись на свой стул, я сидел в скучном терминале аэропорта, ожидая и рассеянно пережёвывая чёрствые картофельные чипсы.

Не такого начала вы ожидали, правда? Вы, наверное, думали, что я начну эту книгу с чего-нибудь захватывающего. С чего-нибудь, включающего злых Библиотекарей, возможно, чего-то с алтарями, Оживленными или, по крайней мере, ружьями.

Мне жаль разочаровывать вас. Я делаю это не впервые. Однако это все для вашего блага. Понимаете, я решил измениться. Моя последняя книга была ужасно несправедливая: я начал ее с напряженной, грозной сцены. Потом я забросил ее, оставив читателя заинтригованным, фантазирующим и разочарованным.

Я поклялся больше не обманывать так в своих работах. Я не буду использовать кульминации или другие фокусы, чтобы удержать вас за книгой. Я буду спокойным, почтительным и последовательным.

О, кстати. Я говорил, что, пока ожидал в аэропорту, я подвергся самой большой опасности за всю свою жизнь?

Я съел еще одну черствую чипсину.

Если бы вы проходили мимо меня, то, скорее всего, подумали, что я выглядел как типичный американский парень. Мне было 13 лет, мои волосы были темно-каштановыми. Я носил свободные джинсы, зеленую куртку и белые кроссовки. Я немного подрос за последние месяцы, но оставался в пределах среднего для своего возраста.

Вообще-то, необычными были только мои голубые очки. Ненастоящие солнечные, они скорее напоминали старушечьи очки для чтения, только с голубоватым оттенком. (До сих пор считаю этот момент моей жизни ужасно несправедливым. По непонятной причине, чем сильнее пара Окуляторских Линз, тем менее круто она выглядит. Я разрабатываю теорию об этом - закон Непропорциональной Хромоты.)

Я сжевал еще чипсину. «Ну же...», - подумал я. - «Где ты?»

Мой дедуля, как обычно, опаздывал. Правда, его нельзя было полностью винить в этом. Ливенворт Смедри, в конце концов, это Смедри (фамилия говорит сама за себя). Как и все Смедри, он обладал волшебным Талантом. Это была способность волшебным образом опаздывать.

В то время, как большинство людей сочли бы это большим неудобством, путь Смедри - обращать наши Таланты себе на пользу. Дедуля Смедри, например, опаздывал на такие события, как пулевые ранения и катастрофы. Его Талант неоднократно спасал ему жизнь.

К сожалению, в остальных случаях он тоже опаздывал. Я считаю, что он использует свой Талант для оправдания даже тогда, когда Талант не виноват; я пытался указать ему на это несколько раз, - но всегда безуспешно. Он просто опаздывал на выговор, и таким образом, звук никогда не достигал его (к тому же, по мнению дедушки Смедри, ругань была катастрофой).