Алекс Кросс. Территория смерти

Джорджтаун, Вашингтон, округ Колумбия.

Семейство носило фамилию Кокс. Муж и глава семьи работал судебным адвокатом и пользовался широкой известностью, но главным объектом нападения была выбрана жена, Элли Рэнделл Кокс. Время нападения — сегодняшний вечер, прямо сейчас, в крайнем случае через пару минут. Сегодня день выплаты жалованья. Лучше и не придумаешь.

Убийца по прозвищу Тигр, шести футов и шести дюймов ростом, весил двести пятьдесят фунтов. Раздав своим парням пушки и по щепотке кокаина для поддержания боевого духа, он коротко проинструктировал их:

— Мать семейства — моя. Вы же прикончите всех остальных.

Помимо главной, была и второстепенная цель: запугать американских обывателей, особенно тех, кому неймется, беспокойных, нервных. Уж кто-кто, а Тигр хорошо знал, как американцы трясутся за своих близких, боятся вооруженных налетов на дома и квартиры, когда хладнокровно вырезают целые семьи. Обыватель в Америке подчиняется многочисленным правилам, диктующим ему, как надо жить. И лучший способ заставить его ужаснуться — нарушить все до одного эти освященные временем, традицией и законом правила, которые Тигр искренне считал глупыми.

Он расположился поблизости от дома, наблюдая сквозь прорези в деревянных жалюзи на окнах первого этажа за передвижениями обитателей, словно рассеченных горизонтальными линиями и, конечно, не имевших ни малейшего представления о том, что с улицы за ними следят убийцы.

Парни нервно ждали, когда он отдаст приказ действовать; Тигр же выжидал, когда интуиция подскажет ему, что пора начинать.

— Выдвигаемся, — наконец произнес он. — Все к дому!

С этими словами Тигр, слегка согнув ноги в коленях, перешел на бег. Вырвавшись из скрывавшей его и подельников тенистой купы вечнозеленых деревьев, он бежал так быстро, что ноги у него мелькали, как лопасти пропеллера.

Преодолев одним огромным прыжком все ступени лестницы, Тигр оказался у двери и нанес по ней три таких мощных удара, что она распахнулась настежь, едва не слетев с петель, после чего банда убийц из пяти человек ворвалась в дом.

Среди парней не было ни одного старше семнадцати. Они влетели в гостиную и сразу же открыли огонь из пистолетов типа «беретта», беря высоко и буровя пулями потолок. Некоторые для устрашения размахивали большими охотничьими ножами и выкрикивали ругательства и команды, впрочем, почти недоступные для понимания, поскольку убийцы плохо говорили по-английски. По крайней мере куда хуже Тигра.

Находившиеся в доме дети заверещали. Их отец-адвокат вскочил с кресла и попытался прикрыть малышей своим рыхлым полным телом.

— Жалкий человечишка! — заорал на него Тигр. — Ты даже не в состоянии защитить свою семью в собственном доме.

Через пару минут членов семьи согнали к камину в гостиной. Его полка и стенки были почти сплошь залеплены поздравительными посланиями, адресами и открытками с надписями вроде: «Мамочке в день рождения», «Моей дорогой и любимой Элли» или «С пожеланиями счастья, добра и света».

Тигр вытолкнул вперед самого юного из убийц, почти ребенка, выбравшего себе прозвище Найк и наделенного своеобразным чувством юмора.

— Ну, приступай к делу, — сказал ему Тигр.

Парнишке едва исполнилось одиннадцать, но, несмотря на возраст, он отличался редким бесстрашием и чувствовал себя в опасных ситуациях так же свободно, как крокодил в реке.

Подняв пистолет, казавшийся вдвое больше его руки, Найк не моргнув глазом выстрелил прямо в лоб дрожавшему от ужаса отцу семейства.

Прочие члены банды разразились громкими одобрительными кликами и снова начали стрелять во все стороны, дырявя пулями антикварную мебель, зеркала и оконные стекла. Дети Коксов захлебывались от рыданий и держались за руки, чтобы не было так страшно.

Один из наиболее жестоких и привычных к таким разборкам парней, в фуфайке с эмблемой баскетбольного клуба «Хьюстонские ракеты», выпустил почти весь магазин в экран большого телевизора, после чего, перезарядив оружие, крикнул:

— Круши тут все к чертовой матери!

Наконец мать семейства, она же «дорогая и любимая Элли», которой домашние желали «счастья, добра и света», сбежала, пронзительно крича, по лестнице в гостиную, надеясь спасти детей.

— Не трогайте малышей! — воскликнула она, обращаясь к высокому и мускулистому главе банды. — Я знаю, кто вы такой!

— Конечно, знаете, мамаша. — Тигр улыбнулся высокой и дородной, похожей на римскую матрону женщине. На самом деле у него не было желания причинять ей зло. Он просто выполнял свою работу. К тому же эта работа очень хорошо оплачивалась и представлялась чрезвычайно важной неким субъектам, обитавшим здесь же, в Вашингтоне.