Алекс

Все события вымышлены, совпадения с реальными людьми — случайны.

— Ты куда собралась на ночь глядя?

Опершись на дверной косяк, Артем сверлит меня пронзительным взглядом холодных серых глаз.

Подозревает.

Впрочем — какая мне разница до его подозрений?

— Ну солнышко… не злись.

Целую его в щёку и захлопываю за собой дверь прежде, чем он успевает опомниться.

Оставшись наедине с собой, Артем подходит к окну и закуривает.

Глядя на то, как разворачивается машина такси, вздрагивает.

Он знает, что сам причастен к тому, что сейчас происходит между нами. И я знаю.

На улице меня уже ожидает такси бизнес-класса.

Водитель учтиво открывает передо мной дверь и помогает сесть на сиденье:

— Какую музыку предпочитаете?

— Мне без разницы.

Мне правда без разницы, лишь бы он молчал, и мы быстрее добрались до нужного мне адреса. Это — вынужденная мера, я вообще не любительница кататься с незнакомыми мужчинами по ночной Москве.

Впрочем, уже совсем скоро машина тормозит у Метрополя неподалеку от Красной площади.

Захожу внутрь и любуюсь красивейшими витражными окнами.

Впрочем, нечего засматриваться.

Меня ждут.

Наконец, оказываюсь в номере.

Мой визави встречает меня в дверях, держа в руках пару бокалов с шампанским:

— Здравствуй…

— И тебе.

Прохожу в гостиную и аккуратно присаживаюсь на кресло, пока моё пальто вешают в шкаф.

— Сколько мы не виделись?

Он тихо подходит сзади, обнимает за плечи. Тотчас мурашки осыпают меня с головы до ног, но вида не подаю.

Пока он делает мне массаж, отпиваю из бокала шампанское и смотрю в окно на расцвеченный огнями город:

— Не знаю… лет десять?

— А ты всё такая же…

— Да и ты не меняешься, — встаю и тяну его на себя: «Потанцуй со мной?»

Играет тихая музыка, а мы плавно качаемся в объятиях друг друга. И у меня, на самом деле, совершенно нет слов, чтобы описать всё то, что между нами происходит.

Словно мы оба специально преодолеваем напряжение в объятиях своих постоянных партнеров, потому что стать парой для нас означает запустить процесс расставания.

И кажется нам, начни мы эти отношения — они непременно закончатся, и ощущение это настолько болезненное, что мы скрываемся от него в случайных встречах, таких вот ночных свиданиях, редких звонках и сообщениях.

— Скажи, а ты…

Он знает этот мой взгляд и знает, что я имею ввиду.

Еле заметно кивает, в то время, как мои глаза округляются от ужаса:

— Неужели до сих пор?! Но почему?!

— Кто знает.

Он прижимает меня к себе и целует в макушку:

— Не забивай себе голову.

Не забивай голову. Хорошо он это придумал.

Впрочем, именно по этой причине мы на самом деле не строим вовсе никаких постоянных отношений. Он — зависимый.

Впрочем, не он один.

Поэтому, конечно, если выбирать между ним и Артемом, то семью я предпочла строить со вторым.

Однако противостоять своему влечению я не в силах. Вот уже лет восемнадцать, как.

Конечно же, я пробовала его забыть.

Клялась себе и близким после очередной ссоры, что и близко не подойду к этому подонку, и… раз за разом находила предлоги, чтобы нарушить данное обещание.

Слишком велик соблазн иллюзией контроля происходящего. Вроде бы как мне кажется, что не привязываться к наркоману со стажем и однажды «раствориться в ночи» так же просто, как дышать.

О, сколько раз я слышала советы «оставить дурные затеи», «уйти от обоих» и «начать жизнь с чистого листа».

Но кто их знает, этих новых людей? Ведь мой спутник тоже когда-то был таким вот новым знакомым, а в итоге…

Наконец, замедляемся. Расстроенно отворачиваюсь в сторону:

— Я думала, у тебя хватило мозгов завязать ещё лет десять назад.

Хмыкает:

— С чего я должен завязывать? Да и что за назидательный тон?

— Нет, ничего.

— Слушай, если тебя что-то не устраивает — держать не стану, — он раздраженно поднимается с кресла, закуривает, и, щурясь от дыма, взмахом руки указывает на дверь: «Иди, если хочешь!»

Внутри всё сжимается.

Точь-в-точь как когда мне было шестнадцать, и мы расстались, потому что он отказался обзывать наши отношения хоть чем-то удобоваримым для общества.

Молчу, но всё же не двигаюсь с места.

— Останешься?

Молча киваю, после чего подхожу ближе к нему и обнимаю за шею. Сию же секунду чувствую его теплые руки, которыми он прижимает меня к себе:

— Вообще-то за это время я очень соскучился. И пожалуйста, не обижайся. Зачем, в конце концов, нам превращать столь чудесный вечер не пойми во что.

Не пойми, что — это я сейчас.

Вместо того, чтобы остаться дома и смотреть какой-нибудь незамысловатый фильм в обнимку с Артемом, я стою посреди роскошного номера с чувством, словно меня только что поимели.

Вот дура!

Надо же было подумать, что за столько лет что-то изменится.

Вдруг чувствую тяжелый вишневый запах вперемешку с табачным.

Я знаю, что у него проблемы с сердцем, и что captain black — достаточно крепкие сигареты.

Но кажется, он достаточно ясно дал понять, чтобы я не лезла к нему со своей заботой.

— Знаешь, Алекс, я, пожалуй, пойду.

— Не смею неволить. Рад был видеть.

— Что, вот так? Даже и не поинтересуешься причиной внезапной перемены?