Алайцы на Айгоне (СИ)

Дмитрий Николаевич Никитин

Алайцы на Айгоне

Дмитрий Никитин

Алайцы на Айгоне

Часть 1. Баг

Модуль планетолета «Заггута» был не больше десантного отсека бронехода. В привычной тесноте Багу было вполне по себе, как руке в разношенной перчатке. Только от приборов в глазах рябило. «Много чем загружен, зато далеко летает», – сказал про «Заггуту» командир барон Лугс. Ему вообще тут просторно, после бомбовоза. Вон он, командир, сидит в соседнем кресле и в сторону даже не глянет. Чистой воды картина маслом – «Звездный капитан ведет корабль к неведомым планетам».

Баг вначале принимал барона за барина надутого. Потом понял, нет, командир – он из настоящих. На предполетных сборах в Гигне дублер-дикобраз высказался, что, мол, не понимает, какова роль в экспедиции господина бронемастера. Баг хотел было ему сразу пачек накидать, чтобы не встревал, да барон вперед вежливо так заметил, что из них всех только у бортмеханика Бага есть практика работы на Айгоне. Ну, все, конечно, подняли брови – людей там, вроде бы, еще не бывало. А «Айгоноходом» кто управлял по дальней связи?

Хотя старт был неделю назад, они всё еще кружили вокруг Гиганды, Стартовали с Северного полигона, почти у самой границы. Понятно, не на «Заггуте», на обычном челноке. Громаду планетолета не поднять ни одной ракете, его собирали прямо на орбите из модулей. Пока запускали все эти модули, ракеты чуть в воздухе не сталкивались. Так что народ на полигоне валился с ног и никаких особых проводов им не устраивали. «Лишь только б улетела, не дай нам бог сливать», – пробурчал тогда под нос пилот-штурман Хэнг. На вопрос Бага сухо пояснил, что это слова очень старой песни про запуск космической ракеты. Только, интересно, откуда у ракетчиков старые песни, если ракеты стали запускать лишь лет десять назад? А за пограничной Тарой таким же заревом стартов горел имперский космодром. Да, ракеты у имперцев хорошие, корабли – тоже, только не тем они достались. Вот почему первым на Айгоне будет наш алаец, а не какой-нибудь крысоед!

Пока неделю кружили на орбите, только и сделали, что расконсервировали системы, да запустили реактор. Ну и освоились немного. «Заггута» вроде большая, а после стыковки хватило пяти минут всё здесь облазить. Кроме, понятно, агрегатных модулей. Из них, кстати, планетолет в основном и состоит, а гермоотсеки – что-то вроде острия на длинной-длинной стреле. Бортинженер Динга так и сказал: «Тоннаж, как на крейсере, житье, как на катере». Уже полчаса трясут их маршевые двигатели. Наконец-то, они уходят в дальний космос. Баг повернулся к иллюминатору. Странно было видеть, будто картинку в учебнике, усеянный перышками облаков шар Гиганды – весь свой мир разом.

Родился Баг в первый послевоенный год. Анархия, бунты и прочие безобразия остались в прошлом. Возрожденное Алайское герцогство начало строить счастливую мирную жизнь. Но на севере вновь набирала силы поверженная было Империя, и, повзрослев, Баг выбрал, не задумываясь, военную карьеру. Его отец заслужил дворянство в боях с мятежниками, и перед Багом открылись двери Броневой школы, а потом Бронепехотной академии.

Юный курсант мечтал стать бронеходчиком, идти в бой подобно прежнему рыцарю в латах. Но, как оказалось, традиции имели и оборотную сторону. Хотя Баг не прощал и намека на оскорбление, и пару раз дело решалось дуэлью, в Академии за спиной всё равно шептались: «Из холопов выслужился». Даже в пристрастии к технике видели низкое происхождение – чего еще ждать от «унтера», благородное ли дело с железками возиться. По всей видимости, судьба готовила ему карьеру по ремонтно-снабженческой части, но после Академии он получил распределение в Арихаду. Городок на краю тундры стал бы кошмаром для любого другого выпускника, но Багу гарнизонная жизнь пришлась по душе.

Служба не казалась скучной, броневые патрули ходили в долгие рейды по ледяным пустыням, случались стычки с сепаратистами и имперскими диверсантами. Хватало времени и пораскручивать в ангаре последние модификации бронеходов, присланные сюда на испытания. Багу стал сотрудничать с научно-техническим отделом «Алайского бронеходного журнала». Несколько раз к нему обращались за консультациями из КСАГ, а потом оттуда пришел приказ об откомандировании. Только в столице Баг узнал, что КСАГ – это, оказывается, Космическая служба Алайского герцогства. Кататься по другой планете оказалось не сложней, чем по арихадской тундре.

Когда в разработке планетарного транспорта перешли от телеавтоматов к образцам с ручным управлением, Бага записали в космонавты и причислили к Айгонскому отряду. Совместных тренировок, впрочем, было мало. Остальным его представили только во время предстартовых сборов, да и тогда Баг часто отлучался в Центр дальней связи, где как раз завершались сеансы управления планетоходом.